— Да остановитесь уже, окаянные! Или желаете узнать, какова ведьма в гневе? — реакция последовала молниеносная: Енот так и повис вниз головой где-то под потолком, удивленно заморгав карими глазенками, здоровяк Драгомир застыл в нелепой позе, и со всем вниманием оглянулся в мою сторону. Только мне после того погрома, который они учинили в моем новом жилище, этого показалось недостаточно, и я добавила. — Еще раз замечу вражду между вами, заключу вашу мужскую силу вот в этот сосуд, и поминайте с Богом.
Для убедительности я схватила в руки первую попавшуюся склянку и потрясла ей перед их удивленными носами.
— Прости, Машенька, каюсь, был неправ, — сразу пошел на попятную воевода, с извиняющимся взглядом склонив передо мной голову. — Только одного в толк не возьму, почему и к этому куску шерсти ты обращаешься, как к человеку? Чем он тебе так дорог?
Валерий Дмитрич, перебравшийся на всякий случай на полку повыше, смотрел на меня так, словно его тоже интересовал ответ на этот вопрос.
— Дорог и все тут. Или для этого нужны какие-то объяснения?
— Хоть какие-то хотелось бы услышать, — не унимался Драгомир, и я задумалась.
— Валера очень умный, находчивый и смелый. А еще… с ним я не чувствую себя одинокой, — сорвалось с губ нежданное для меня самой откровение.
Пытаясь загладить вину, Драгомир подошел ближе и попытался взять меня за руку, только я не позволила. Желая утихомирить внутреннюю бурю эмоций, я демонстративно отвернулась к окну и обняла себя за плечи.
Еще утром я готова была поклясться, что влюбляюсь в него, такого большого, надежного и красивого в этих своих воинских доспехах и развевающемся на ветру плаще. Сейчас же я испытывала к этому мужчине самые смешанные чувства, разочарование в том числе.
Я не знала, что сказать и как реагировать на произошедшее. В голове у кружились мысли, но слов подобрать отчего-то не выходило. Между нами возникло неловкое молчание.
— Ладно, я тогда поскакал. А вы обустраивайтесь. Велю из крепости провизию вам доставить… и новую посуду, — кивнул Драгомир в сторону условной кухни, все-таки полоснув напоследок взглядом притихшего енота.
— Спасибо, — отозвалась я, но так и не сдвинулась с места, не желая затягивать прощание.
Драгомир ушел. Тяжелая дверь захлопнулась. Енот ловко спустился с полки.
— Да уж, вот тебе и рыцарь на белом коне. В каждом домике свои гномики, — многозначительно бросил ему вслед Валерий Дмитрич, и тут же переключился на меня. — Ну что, хозяйка, нос повесила? Ключи от муниципального жилья получила, пора за уборку приниматься.
— Я? За уборку? Это после того, что вы здесь натворили? — подперла кулаками бока, отставив метлу в сторону.
— Ну а чего вы, Савушкина, предлагаете? Мне этот ваш инвентарь не по размеру. Я пока пойду осмотрюсь что здесь к чему, и поверьте, буду в этом гораздо полезнее. А вы метите, метите, не отвлекайтесь, — сходу принялся он раздавать указания в своей привычной манере, только в этот раз они почему-то меня уже не бесили, а вызывали теплую улыбку.
За домом ведьмы обнаружился небольшой сад с целебными травами, поросший сорняками, персональный колодец с чистой ключевой водой, отдельно стоящий туалет и настоящая русская баня, которую я непременно намеревалась посетить. К реке я тоже спустилась, оказавшись на красивом песчаном берегу, и вдоволь налюбовалась видами.
Но босс был прав, за меня в нашем новом доме никто не уберется. Может, настоящая ведьма, владеющая магией, и сделала бы это одним мановением руки, вот только я так не умела. Натаскав из колодца воды, я с усердием принялась все вокруг намывать, изучать и раскладывать по своим местам.
Валерий Дмитрич хоть и строил из себя крутого начальника, без дела тоже не сидел, помогал, чем мог. Например, протирал пыль на полках, до которых я не доставала. Но больше всего ему понравилось полоскать тряпки в тазу и отмывать там всякую всячину. Прям как ребенку, за уши не оттащить! Не зря же этих енотов назвали полоскунами.
Сначала наблюдать за ним было весело, а потом я вдруг поймала себя на мысли, что звериных повадок в его поведении становится все больше, хоть времени с обращения прошло всего ничего. А что будет дальше? Он навсегда потеряет себя, превратившись в своенравного зверька? От этой мысли холодело сердце. Естественно, я не стала его расстраивать. Для своего положения мой босс и так держался огурцом. Если бы в его силах было что-то изменить и вернуться в свое тело, он сделал бы это не раздумывая.
Провизию и новую посуду из крепости доставили даже быстрее, чем я ожидала. Видимо, кто-то всерьез опасался ведьминого гнева, и еще больше испугался за свои бубенцы.
Зато Валерию Дмитричу все было ни по чем. Вдоволь посмеявшись над Драгомиром, он вознамерился доказать мне, что обязательные гостинцы для ведьмы — ничто иное как уловка сладкоежки, и никакой магии, способной убить входящего, там не заложено.
— Может, не надо? — до последнего отговаривала его я, все еще сомневаясь в коварности предыдущей ведьмы. — А давайте на ком-нибудь другом проверим, кого не так жалко.