Пока Игорь пытался вымолвить хоть слово, демон исчез и появилось ощущение, что кто-то трясет его. Отдаленно слышался голос Гурама, этого не было физически, но на уровне разума он понимал, что это происходит. Ему безумно захотелось спать, Игорь решил прилечь, как только голова коснулась подушки его сознание на лифте понеслось к Морфею.
*
Ему приснился сон, который по странности находился на уровне бэд-трипа. Его содержание, безумно напоминало сказки с единорогами, прыгающими по пышным облакам и бабочками летящим рядом. Правда, были опошлены они взрослым мирским восприятием и пошлыми фантазиями Игоря.
У единорогов вместо привычного рога, был член, а бабочки больше походили на летающие вагины с ритмично порхающими половыми губами. После галлюциногенов, такие сны совсем не редкость и Игоря совершенно не смутило увиденное им сновидение.
*
Солнце проснулось в его глазах в районе двух часов дня, он оказался в комнате один где все было на своих местах. Работал телевизор, но с выключенным звуком, там была пресс-конференции партии "Единой Орссии", которая решает запускать огромный дирижабль (Как они сами его прозвали #ПорноЖабль) для очередной предвыборной кампании. Игоря не сильно волновала политика, поискав пульт он выключил телевизор, потому что там ничего кроме политики не обсуждают, даже в самые рядовые передачи стараются её запихнуть.
Он сел на край кровати и схватился за больную от мигрени голову, чуть позже он все же решил пойти на кухню за таблетками.
Покидая обитель, почему-то начал засматриваться на убранство в коридоре, которого раньше никогда не замечал. В нем висело множество картин, и стояли бюсты знаменитых советских и не только людей. С особым интересом его взор падал на картину со следующей экспозицией: На переднем плане склон горы, на краю которого розовая сакура с сидящим на ней молодым парнем, смотрящим вдаль на огромную гору с заснеженной вершиной. Она была подписана следующим образом:
"Лишь
низкий
склон
горы
ведет
к
её
вершине.
Куда
Бы
ты
не
шёл,
везде
есть
свой
конец."
Оглядывая все оставшееся, ничего больше не смогло его зацепить. Из всех картин узнал он лишь Репина "Ангел смерти истребляет первенцев египетских", которую видел в каком-то паблике во ВКонтакте.
Затем, он перешёл разглядывать бюсты, сразу узнав Гомера, Чайковского, Сенеки и оставался всего один. Рассматривая его в районе минуты, Игорь всё-таки понял, что перед ним всего лишь гипсовый бюст нашего дальнего предка — Питекантропа. Ему показался забавным тот факт, какие мозг ловит ассоциации с бюстом, что там должно быть изображено только именитое лицо, а не промежуточная эволюция современного человека, которая если разобраться сделала для человечества больше, чем любой современник. Оставив этот вывод не тронутым, он направился на кухню.
*
Заглянув в дверной проём Игорь увидел бухого Гурама, его голова была направлена вниз, а по массивному как гора носу стекали слёзы, бормоча что-то похожее на мантры, он закусывал водку "Абсолют Блю Лайт" вчерашними конфетами Merci. Игорь не на шутку удивился
— Гурам, — спросил он, — ты чего?
Гурам поднимает голову и сквозь пелену слез видны глаза полные ужаса и счастья, этот взгляд содержал весь спектр возможных эмоций, в нем Игорь увидел эмоции, которые испытывал во время трипа. Они смотрели друг на друга в районе минуты, и после этого Гурам говорит
— Я думал ты, сдох от передоза, — заикаясь вымолвил он, — ты с какого хуя меня так пугаешь, я уже скорую вызывать хотел, чтобы тебя забирали.
Перед ответом Игорь подумал говорить ли ему о случившемся бэд трипе или нет, Гурам бы не поверил в эту сказку хоть и сам в своей жизни ловил немало. Он обладал уверенной идеологией скептицизма, которую не надломит ни один экстрасенс или медиум. Выдержав небольшую паузу, он отвечает:
— Ты как будто не знаешь, что я крепкий орешек, меня без боя не взять. Я всегда везунчиком был!
— Это понятно, — ответил Гурам — но этот раз у тебя и пульса то не было, заставил ты меня на очко присесть.
— Ладно, обошлось, — сдержано вымолвил Игорь, — а ты тут чего ревел?
— А ты бы не ревел, если бы у меня пульса не было? Игорь задумался и впал в секундную апатию
— Да…ты прав, тут я не подумал. — Сказал он, усаживаясь на кухонный стол. — Чего делать то будем?
— Я не гребу, — ответил Гурам, — Но употреблять после такого не хочется, ЛСД точно.
— Тоже думаю, что стоит завязывать, лучше уж себе могилу рыть, чем этим дерьмом баловаться.
*
После этого они попили чай, и он сказал Гураму, что пойдет прогуляться. Надев пальто и белые кеды, он выходит в колодец, там тихо и спокойно, но бомж все так же оставался лежать в палисаднике, Игорь посмотрел на лежащую достопримечательность этого двора и позвонил в скорую помощь, назвав адрес, он пошёл дальше.
Его заинтересовали пейзажи дневного Питера, когда до это ему они были абсолютно безразличны. Замечая детали и неровности на фасаде каждого здания, он духовно обогащался и чувствовал умиротворение.
Дойдя до остановки начал ждать транспорт,
