Добравшись до нашей базы, я отправил бойцов отдыхать, а сам засел работать с искином, нужно все же посмотреть, какие последствия вызвали наши атаки на склады. О первом, где было оружие, я нашел только небольшую сводку, переданную в сети конгеретов. Как я и предположил, он не интересовал их. Зато вторая акция произвела на имперцев огромное впечатление. Причем даже не сам подрыв большого числа боеприпасов и не уничтожение более двухсот бойцов – их впечатлила сложенная из голов захватчиков пирамида. В разных подсетях противника шли бурные беседы по этому поводу. Жрецы и командование оккупационных сил пытались разгадать символический смысл этого послания. Некоторые предполагали, что среди ирмитов возродились некие старые, полузабытые верования, и теперь им предстоит стать свидетелями войны богов. Пришлые против местных. Причем все признавали, что подобный акт поклонения возможен только темному пантеону, и это значит, что война будет жесткой, бескомпромиссной, до уничтожения последнего из адептов. Имперцам это очень не понравилось, они-то знали, на что способны темные божества. Нужно подумать, можно ли из моей глупой выходки извлечь пользу. Подогреть спор конгеретских жрецов до уровня истерики, когда они начнут нервничать и делать ошибки.
Поразмышляв об этом, я отправился спать. Ночью меня не беспокоили личи, на что я надеялся. Хотелось получить совет по поводу моей собственной, маленькой войны с Темной империей. Ведь они на стороне Ирма? Значит, с высоты своего опыта смогут подсказать, как эффективнее справляться с врагом. Но сегодня им было не до меня.
Утром я начал планировать атаку на базу противника, где сконцентрировалось около двадцати тысяч «серых» солдат – пехоты Империи. Ради чего командование согнало их туда – не понятно. Небольшие группы солдат патрулировали местные дороги, некоторая часть охраняла лагерь поселенцев и их место работы, шахты по добыче руды и комбинат по ее переработке в марганцевый концентрат. Шахты почти не пострадали при атаке на планету, а вот с комбинатом придется конгеретам повозиться. И поработать с источниками энергии. Электростанция, обеспечивающая производство, была разрушена основательно. Это даже и лучше, есть масса возможностей атаковать конгеретов на разных этапах работы и охраны рабочих. С мыслью о том, что колонисты – гражданские, я решил попрощаться. Да, сделка с совестью, но они работают на врага. В общем, страдать и испытывать муки совести буду после войны. Если доживу.
Тем временем в ближайших окрестностях Ирма кипела работа. Объединенный флот Короны занимался медленным, но уверенным уничтожением вражеского, который был больше, вроде бы мощнее, но силовые поля, защищавшие его корабли, были слабее, как и оружие, а вычислительные комплексы, производящие расчеты атак и маневров уклонения, – медленнее. Кроме того, командовал флотом Короны настоящий гений. Сам он себя таким не считал, полагал, что он нарушитель традиций флота, которого осудят другие адмиралы. Думал, что мог бы более удачно маневрировать своими силами, мог бы не осторожничать и разгромить до прибытия подкреплений флот Темной империи. В общем, ошибок в своем управлении вверенными ему силами он видел много, и его это угнетало. Немного. По вечерам, перед сном. В остальное время он был железным адмиралом, готовым не задумываясь бросить в бой сотни кораблей и десятки тысяч подчиненных для достижения своих целей. Война – это война, а он был настоящим сыном войны.
Его флот давил врага, атакуя его кинетическими снарядами. В нужный момент истребители и легкие силы добивали корабли с просевшими защитными полями. И конгереты ничем ответить ему не могли – у них просто не было возможности создавать оружие из подручных материалов, им оставалось только одно – терпеть, нести потери и пытаться придумать адекватный ответ на действия Короны.
Сначала они собрали свой флот в единый кулак, совместив поля защиты. Потери сократились, но проблема была в том, что защита ордера улучшилась, вот только качественно прикрывать орбиту обитаемой планеты они уже не могли. И не могли прикрывать прибывающие транспорты с солдатами и переселенцами. Адмирал не преминул воспользоваться этой оплошностью, отправив в атаку на них свои легкие крейсера. Кроме того, когда враг собрал свои корабли в плотное построение, удары по защитным полям стали приходить гораздо более массированными – не нужно распыляться, бей в этот кулак своей шрапнелью, просаживай защиту кораблей, пусть их реакторы работают в запредельном режиме, рано или поздно пойдут в разнос и их придется заглушить. Или они сами взорвутся, не потребуется другого оружия.
