Триппа Донована она убивать не хотела, и Роджер Клэрк, возможно, не удостоился бы такой чести, если бы ограничивался девушками лет шестнадцати-семнадцати, может, даже пятнадцати. Конечно, он заплатил бы за содеянное — но не жизнью. Однако Клэрк не привык себе отказывать. Ему захотелось
Билли сидит, положив руки на колени. Кончики пальцев уже начинают неметь от холода. С каждым выдохом изо рта вылетают облачка пара. Билли представляет себе, как девочку чуть старше Шанис Акерман привезли в тихуанский домик. Она, возможно, прижимала к груди мягкую игрушку — не фламинго, а, допустим, медвежонка. А потом она услышала чьи-то тяжелые шаги в коридоре. Билли не хочет это представлять, но ничего не может с собой поделать. Быть может, так надо. И быть может, заколдованная хижина с заколдованной картиной на стене помогают ему в этом.
Билли достает из кармана бумажник и находит среди карточек номер Джорджо. Он набирает этот номер, понимая, что шансы дозвониться невелики. Свиньелли сейчас в своей тюрьме для худеющих, а значит, он может быть в тренажерке или в бассейне. Если еще не умер от сердечного приступа. Но Джорджо берет трубку на втором гудке.
— Алло.
— Здравствуй, нью-йоркский литагент. Дэйв Локридж на связи. Знаешь что? Я закончил книгу.
— Билли, господи боже! Ты можешь мне не верить, но я рад, что ты жив.
Голос у него определенно звучит бодрее, думает Билли.
— Я тоже рад, что ты жив.
— Слушай, я не хотел тебя кидать, клянусь. И убивать тем более. Но…
— Тебя поставили перед выбором, и ты его сделал, — заканчивает за него Билли. — Да, я вам доверял, а вы меня предали. Рад ли я такому повороту? Нет. Но я сказал Нику, что все в прошлом, и это действительно так. Ты мне обязан, и я надеюсь, что тебе хватит порядочности вернуть должок. Мне нужна информация.
В трубке ненадолго повисает тишина.
— Мой телефон точно не слушают. А твой?
— Тоже.
— Очень на это надеюсь. Мы сейчас про Клэрка говорим, так?
— Да. Ты знаешь, где он?
— В Вегас он больше не приезжал, значит, либо в Лос-Анджелесе, либо в Нью-Йорке. Я могу навести справки. Его перемещения несложно отследить.
— Ты знаешь, кто в этих городах поставляет ему девочек?
— Раньше этим занимался я — на пару с Джуди, — пока не отошел от дел. — Никакой неловкости в его тоне Билли не слышит.
— Джуди Блэтнер? Ник говорит, она малолеток не трогает.
— Не трогает. У нее все девочки и мальчики старше восемнадцати. И раньше Клэрка это устраивало. Но потом запросы стали расти. Ну, он звонил, говорил, мол, ягодок захотелось. Это было кодовое слово.
Ягодки, думает Билли. Господи.
— Джуди знает людей, которые могут предоставлять такие услуги. Иногда я Клэрка с ними связывал, иногда она сама.
— Джуди тоже в курсе про Тихуану?
Хотя никто их не слушает, Джорджо понижает голос:
— Ты про ту девочку. Я здесь вообще ни при чем, Джуди и Ник тоже. Свидание организовал картель. По просьбе Клэрка.
— Дай-ка я все разложу по полочкам. Если в Лос-Анджелесе ему вдруг захочется ягодок, он позвонит тебе или Джуди. Один из вас свяжет его с нужным человеком. Под человеком имеется в виду сутенер, так? — Билли подыскивает правильное словцо. Оно, кстати, хорошо сочетается с «ягодками», что неудивительно. — Фермер.
— Да. А на восточном побережье — у него там дом в Монтоке — его свяжут с человеком из Нью-Йорка. Не знаю, сколько таких свиданий устроил себе Клэрк с тех пор, как я уехал.
Свидания, думает Билли.
— Словом, полный консьерж-сервис?
— Ну, можно и так это назвать. Он платит за организацию досуга. Очень большие деньги, Билли.
А теперь настает черед главного вопроса.
— Сама Джуди когда-нибудь ему звонит? Если случайно наткнется на девочку, которая может ему приглянуться?
— Ну да, время от времени такое случается. Теперь чаще, чем раньше: макаронина-то уже толком не стоит.
— Если ты позвонишь Джуди и скажешь, что у тебя есть на примете девочка — крошка что надо, — она согласится передать эту информацию Клэрку?
Какое-то время Джорджо молчит, обдумывая вопрос. Потом отвечает:
— Да. Подвох наверняка учует — нюх у нее феноменальный, — но согласится. После случая в Тихуане она на дух не выносит этого подонка. Если кто-то захочет его завалить, она только «спасибо» скажет. Я с ней солидарен.
Что не мешало тебе его обслуживать, думает Билли. И ей тоже.
— Хорошо. Я перезвоню.
— На связи. Отсюда я никуда не денусь — да и не хочу. Поначалу мне здесь было хреново, а теперь даже понравилось. Наверное, алкоголики тоже кайфуют от своей трезвости, когда войдут во вкус.
— Сколько ты уже сбросил?
— Сто десять фунтов, — с понятной и, возможно, заслуженной гордостью отвечает Джорджо. — Осталось еще девяносто.
— Мне нравится твой голос. Уже не сипишь, как раньше. Глядишь, если похудеешь, и без операции сможешь обойтись.
— Не. Печенка полетела и уже не вернется. Операцию обещают сделать через два дня после
