- Плоду от силы час, может чуть больше, – Натсу наклонилась над притихшей парочкой. – Вам несказанно повезло, уж не знаю, кому больше, – черные глаза прожигающе посмотрели на притихшего Густава, который, судя по всему, все еще не опомнился от потрясения. - Если бы Геворг был девушкой, его бы Сила пропала только через сутки, а может, прошло бы и больше времени, - черноглазая тихо хмыкнула, скрывая смешок. – Правду ведь говорят, что дети – это жизнь…
- Оставим их в покое, – невозмутимо перебил Билл Натсу, поднимаясь с колен и тут же упираясь спиной в мужа, который, не теряя времени, вновь заключил его в объятия. - Отпусти… - смущенно прошептал, ужиком ускользая от слишком приятной близости, ведь было еще одно незавершенное дело.
- Я сегодня тебя обниму еще? – Том отвернулся от притихшей на земле парочки, ступая по пятам за любимым мальчиком. Он надеялся на продолжение прерванного поцелуя.
- Возможно, – Билл попытался скрыть игривую, по его мнению совсем неуместную улыбку за серьезной гримасой, подходя к единорогу.
- Густав, ослабь щит, – попросил Омега, – он и так напуган и ранен, – Билл медленно приблизился к животному, осторожно поглаживая по теплой шерстке.
- Интересно, он позволяет себя коснуться, потому что ты девствен или потому что владеешь божественной Силой? – задумчиво спросил Том, не рискуя подходить к единорогу, они никогда не любили Альф. Мало ли что может сделать испуганный зверь, он не хотел рисковать Биллом.
- Предполагаю, что скорее всего второе, – Билл заулыбался, как маленький ребенок, дорвавшийся до сладкого, касаясь шелковой шерстки, спускаясь все ниже к раненой ноге. – Малыш подвернул ногу, это и немудрено в таких скалистых чащах. Они всегда находят меня, когда нуждаются в помощи.
- То есть вместо единорога там вполне мог оказаться василиск? – Том скрестил руки на груди, убеждая себя, что его страх был не напрасным. Он и думал, что там василиск. Эти твари любят каменистые места.
- И не только. Но ты можешь не беспокоиться обо мне так сильно. Мне правда ничего не угрожает, ведь я бессмертен. А сегодня ты едва не посивел из-за такого прелестного существа, - Билл исцелил рану единорога, и тот, чуть склонившись, словно в благодарность, быстро скрылся в лесу. - Поверь, животные для меня не опасные.
- А что опасно для тебя? Ведь ты бессмертный, – Том неспешно подошел сзади, обхватывая тонкую талию руками и притягивая ближе.
- Я могу убивать даже бессмертных, Том. Я могу убить себя, – улыбка исчезла с пухлых губ, когда Билл развернулся в обхвате рук и придвинулся к губам Альфы, намереваясь вновь почувствовать тот нескончаемый поток жара, что разливается в его теле от низа живота и до самых кончиков покалывающих пальцев, стоит только чуть интимнее коснуться своего мужа.
- Мы закончим разговор возле озера? – заворожено спросил Том в самые губы, взволновано сглатывая.
- Возможно, - Билл выдохнул, чувствуя обветренные губы Альфы, вот, еще чуть-чуть и он сольется с ним в нежном поцелуе.
- Вы будете есть со всеми или вам накрыть обед отдельно? – Андрос вновь суетился возле костра, не смотря на парочку.
Том прикрыл глаза досадно, улыбаясь. Ему каждый поцелуй с Биллом на вес золота, каждая крупица внимания, каждое прикосновение. И, когда эти редкие, такие желанные мгновения отбирают, Альфа готов рычать от раздражения.
- Мы поедим со всеми, – ответил Билл раньше, чем Том успел открыть рот.
На самом деле, Альфа был почти не против, но, конечно, было бы намного лучше, если бы они уединились.
Обед накрыли недалеко от костра на нескольких покрывалах. Его Омежка сел рядом с Геворгом, скорее всего по привычке, и Тому ничего не оставалось, как сесть с другой от любимого стороны, прижимаясь спиной к чуть прогретому камню. Натсу, как ни странно села не с братом, который присел напротив, рядом с двумя Омегами своего народа, а с Андросом, так и не сняв своей маски. Лендор с Эсфир приютились совсем сбоку, подальше от костра.
- Что ты будешь кушать? – тихо спросил Том, беря в руку тарелку Билла. Он хотел поухаживать за своим мужем, помня об его изысканном гастрономическом вкусе. Но они не на кухне храма, Том не мог сейчас стряпать салат и выжать сок, поэтому он будет стараться накормить любимого тем, что есть. Перед ними были все еще влажные после промывки под водопадом фрукты и овощи, купленные на рынке в городе Бет, запечатанный в фольгу печеный картофель с лучком и копченым салом, аккуратно нарезанный твердый пористый сыр, вздутые сваренные сардельки, огромная тарелка с ароматной ухой, из которой торчала разливательная ложка, и нарезанный белый хлеб с румяными пирожками разной начинки.
- Я не знаю, – Билл прижался ближе к Тому, не решаясь что-то взять. В другой раз он уже бы давно ухватился за аппетитные пирожки и схомячил бы их, ни с кем не делясь. Но сейчас Билл вел себя поскромнее, немного стесняясь в обществе своего супруга. - Я не хочу ухи, ненавижу ее. Да и мясо тоже не буду.
