Именно против этого восстал разум Люцифера. У него были все возможности воздействия на окружающую Вселенную. Но его обрекли быть не признанным и не чтимым на ее мельчайшей доле материального вещества — Земле. Такую судьбу его разум не воспринимал. А обиженный разум, да еще столь необъятного масштаба, как у Люцифера, всегда порождает действие равное мощи самого разума. Он и толкнул Люцифера на поступок, который стал неожиданным даже для САМОГО: ОН ведь так пестовал своего любимца. Временн
Для этого он освободился от души, данной ему когда-то САМИМ — первым и одновременно последним, что связывает любое разумное существо с Богом. Как он это сделал, не уничтожив самого себя, не знает никто, кроме САМОГО. Вряд ли САМ ему в этом помогал. Но то, что не препятствовал — это точно. Ведь все действия Люцифера были заранее предопределены САМИМ, хотя и начались во время, не предназначенное для них.
И все же на одну деталь САМ не обратил должного внимания. Воспринимающий как абсолютную и вечную данность собственное господство во Вселенной, САМ не учел в своем плане судьбы Люцифера обстоятельства, определившие потерю ИМ неограниченной власти над разумом, уже приготовившегося стать падшим, ангела.
Став антисущностью САМОГО, превратившись в Дьявола, Люцифер обрел свободу от обязательств перед Богом. Теперь у него появились, принадлежащие только ему, совершенно другие, но не менее мощные, чем у САМОГО, рычаги воздействия на мир и людей. Теперь он — Дьявол — без наказа сверху, от имени сотворенного им антимира, мог сам выбирать средства и методы воздействия на разум людей, меняя в нем по своему усмотрению понятия, отличающие человека от других существ. В том числе такие основополагающие как добро и зло, мораль, совесть и честь, верность и измена, правда и ложь, любовь и ненависть.
Несмотря на то, что Дьявол вынужден был обитать в бесконечном пространстве-времени, созданном в НАЧАЛЕ ВСЕГО САМИМ, это нисколько не стесняло его действий. Конечно, полученные им от Бога знания и возможности разума не могли радикально изменить Вселенную и действующие в ней законы существования и развития материи, установленные Творцом Всего и Всякого. Но они позволили ему, и это второе, что не учел Создатель, искривить идеальную часть содержания пространства-времени под себя, внедрив в него свои законы существования разума и духа. Дьявол оказался единственным, кто кроме САМОГО, мог влиять на духовное состояние Вселенной в целом, не говоря о таких ее микроскопических частях, как Земля. Изменить материю Вселенной его разуму было не под силу. Реализовать свою судьбу через познание сущности НАЧАЛА ВСЕГО САМ ему не предопределил. Однако Дьяволу удалось добиться, чтобы безраздельная власть Создателя над духом и разумом Вселенной перестала быть бесспорным фактом.
Разумеется, Дьявол был в состоянии выбрать любое место во Вселенной, где он без проблем мог состояться как антисущность Бога. Но он вернулся на Землю, ибо считал, что она и все, что на ней находится и живет, по праву, по его праву, принадлежит только ему. Это он, здесь, совсем недавно по приказу САМОГО делал людей счастливыми, он, как вечный хранитель земной стихии, не давал ей превратить земной рай в безжизненную пустыню либо в бескрайнее водное пространство. Здесь, на Земле, ему все было знакомо. Все тайны создания человека и его предназначения, неведомые ни другим ангелам, ни тем более самим людям, для него — Дьявола, оказались уже давно раскрыты. Как и САМ, он был способен делать с разумом человека все, что угодно. Все поступки людей, их желания могли формироваться и направляться им в любом нужном ему направлении, если, правда, в этот процесс не вмешивался САМ.
На Земле никто и не заметил изменения, которые произошли там, в неведомом людям НАВЕРХУ. В царстве же Божьем многие содрогнулись оттого, что внизу, в созданном САМИМ мире людей, вдруг пролилась первая человеческая кровь. Всем в доме Божьем стало ясно, что отныне и вовеки добро не будет всепоглощающей человека сущностью земного бытия. Теперь с ним рядом всегда и везде будет его антипод — зло. С момента появления на Земле перевоплощенного Люцифера — Дьявола, этой антисущности САМОГО, добро перестало быть единым и целым: оно превратилось в «добро-зло». Если кому-то на Земле было ниспослано добро, оно неизбежно, порою мгновенно, оборачивалось для другого существа злом. Добро и зло стали подобны братьям-близнецам, которые могут существовать по отдельности, но у которых боль одного моментально отдается такой же болью в другом.
