Пэлем Грэнвил Вудхауз
БИНГО И ПЕКИНЕСЫ
Перевод Н.Трауберг
Один Трутень показывал двум другим укушенную ногу, когда появился четвертый член клуба и, задержавшись у стойки, приблизился к ним.
- Что случилось? - спросил он.
Первый Трутень в третий раз поведал свою историю.
- Этот кретин Бинго зашел ко мне позавчера с бешеной собачкой. Пытался всучить.
- Сказал, что дарит на именины, - прибавил второй Трутень.
- Чушь какая! - подхватил первый. - У меня именины в июле, да и вообще мне не нужны кровожадные твари с острыми зубами. Стал я подгонять ее к дверям, а она - хапц! - и вцепилась. Спасибо, догадался вскочить на стол, но укусить она успела.
Новоприбывший Трутень попросил его опустить штанину. Такие зрелища опасны, если ты недавно завтракал.
- Я понимаю тебя, - сказал он, - но сейчас все объясню. Вчера я видел Бинго. Услышав его повесть, ты поймешь, что надо не судить, а жалеть. Tout comprendre, - прибавил Трутень, изучавший французский в школе, - c'est tout pardonner Все понять - значит все простить (фр.)>.
Все мы знаем (сказал он), что Бинго - баловень судьбы. Он вкусно ест, крепко спит, состоит в счастливом браке с популярной писательницей, словом, жизнь для него - сладостная песня.
Но нет совершенства в этом мире. Денег у Бинго едва хватает на сигареты. Жене известно, что он ставит на лошадей, которые если приходят к финишу, то в конце процессии; это известно, и ей это не нравится. Прелестная женщина, ничего не скажешь, но спортивного духа в ней нет.
В то утро, с какого начинается повесть. Бинго сидел за столом, угрюмо глядя на яйца и ветчину. Шесть пекинесов резвились у его кресла, но он их не замечали, поскольку думал о том, что в 2.00 - бега, а играть он не может, ибо черствый букмекер отказался принимать вместо денег очарование манер.
Конечно, он мог попросить у жены, но особых надежд не питал. Кто-кто, а Бинго не утопист.
- Душенька, - начал он, - ты мне не дашь деньжат?
- Зачем? - спросила жена из-за кофейника, распечатывая письмо.
- Понимаешь, есть лошадь...
- Ну что ты, заинька! Я не люблю азартных игр.
- Какие игры?! Пришел и забрал деньги. Эта лошадь. Прыщавый Чарли...
- Странная кличка.
- Да, очень. Но я видел во сне, что катаюсь на лодке по Трафальгарскому фонтану с Пуффи Проссером.
- Ну и что?
- Его настоящее имя, - тихо и строго сказал Бинго, - Александр Чарльз. Беседовали мы о том, не завещает ли он нации свои прыщи.
Рози мелодично засмеялась.
- Какой ты глупый! - нежно воскликнула она, а муж ее понял, что надежда, и без того достаточно слабая, угасла вконец. Если так относятся жены к откровениям свыше, говорить не о чем. Соответственно, он повел речь о предстоящем визите миссис Бинго к матери, на курорт.
Пожелав ей доброго пути, он вернулся к грустным думам, как вдруг услышал такой радостный крик, что уронил пол-яйца. Жена размахивала письмом, невероятно сияя.
- Кроличек! - вскричала она. - Это от Перкиса!
- От кого?
- От Перкиса. Ты его не знаешь. Он - владелец журнала "Мой малыш".
- Ну и что?
- Я не хотела тебе говорить, боялась сглазить. Ему нужен редактор. Конечно, я сказала, что у тебя нет опыта, но ты очень умный. Он обещал подумать. Вообще-то он хотел взять племянника, но на того подал в суд портной, и дядя решил, что он не подходит для такой ответственной должности. О, Бинго! Я чувствую, он тебя возьмет. Предлагает встретиться.
- Где? - оживился Бинго. - Когда?
- Сегодня он возвращается из Танбридж-Уэллса. Будет ждать в двенадцать на Чаринг-Кросс, под часами. Ты можешь туда пойти?
- Могу, - отвечал Бинго. - Еще как могу!
- Ты его сразу узнаешь. Он в сером костюме и мягкой шляпе.
-Я,-не без гордости сказал Бинго, - буду в пальто и цилиндре.
Поцеловав жену, он проводил ее до машины. Миссис Литтл едва сдерживала слезы. Боль разлуки усугублялась тем, что мать держала кошек, и пекинесов пришлось оставить дома.
- Ты будешь за ними присматривать? - спрашивала Рози, пока дворецкий оттаскивал собак от ее автомобиля.
- Как родной отец, - обещал Бинго. - В радости и в беде, до самой смерти.
Он не лгал. Он любил этих тварей, и они его любили. Они лизали ему нос, он почесывал им животики. Я - тебе, как говорится, ты - мне.
- Давай им на ночь сахар, обмокнутый в кофе!
- Естественно!
- Да, зайди к Боддингтону и Бигзу, они чинят поводок Пин-Пу. О, кстати! миссис Литтл открыла сумочку. - Заплати сразу. Тогда мне не придется выписывать чек.
И, сунув мужу две пятерки, Рози уехала. Бинго махал ей вслед. Я отмечаю это особо, поскольку, когда ты машешь, купюры шуршат, а когда они шуршат, вспоминаешь, что скоро заезд и победитель тебе известен. Словом, машина не успела скрыться, а змий уже нашептывал на ухо: "Ну как, старикан? Поставим?"
