Биоэтика полностью

1. Мы не удивляемся, что Алекс Хан (Khan), исходя из возможностей, открывшихся после экспериментов Wilmutt & coll., говорит: «It is not a technical barrier that willprotect us from perspectives I have mentioned, but a moral one, originating from a reflection of the basis of our dignity» («He какая–либо техническая преграда защитит нас от указанных мною перспектив, но преграда нравственная, которая должна возникнуть в процессе осмысления основы нашего достоинства»). [1] За много лет до этого лауреат Нобелевской премии Уатсон (Watson), высказываясь на ту же тему, сказал с обезоруживающей простотой, что «подобные аргументы слишком важны, чтобы их оставить в руках врачей». Это осознание роли, которую предстоит сыграть этике как «совести» других прикладных наук, становится все более активным, проявляется все более разнообразно, подтверждая себя не только в рамках теории, но и в существенной степени на практике. Таким образом, в особенности в англосаксонском мире, возникает действительно новая и полноценная профессия «практическая этика», которая находит применение в экономике и политике, в медицине и промышленности.

В области здравоохранения «практическая этика» получила распространение после принятия на международном уровне этических протоколов поведения, имеющих нормативный характер по отношению к экспериментальной и клинической практике. В качестве авторитетного примера укажем на новые руководящие установки GCP(ICH 3,17 января 1997 г.). Этот документ стал развернутым и исчерпывающим описанием, которое можно рассматривать, если отвлечься от процедур, связанных с медицинским экспериментированием, в качестве терминологической программы, содержащей определения как этических, так и медицинских понятий [2]. Эта нормативная разработка послужила импульсом для возникновения множества этических комитетов на самых разных уровнях (международном, государственном, местном, институциональном). Как известно, они в основном являются консультативными структурами, чьи рекомендации являются более или менее обязательными и конкретный результат работы которых может выражаться в принятии протоколов и в юридической оценке профессионального поведения врачей. В том же направлении развиваются различные виды деятельности, ставящие своею целью обеспечение профессиональных медицинских работников достаточно быстрой консультацией в этической области. В качестве наиболее знаменательного примера мы можем указать на Чикагский университет, где в школе Марка Зиглера (Siegler) существует консультационная служба, которая действует 24 часа в сутки.

В процессе этой деятельности в течение нескольких последних лет сложились определенные процедуры: информированное согласие, передача диагнозов, отказ от выполнения определенных действий по требованиям совести, «отбор» пациентов, — которые стали частью обычной клинической практики.

В соответствии с тенденцией постоянного повышения квалификации медиков происходит и развитие методов этического мышления в конкретном приложении к специфическим проблемам различных областей. Несомненным признаком этого служит постоянное наличие «этических» комментариев в специальной литературе [3].

2. Эта ситуация обусловливает и динамику развития, которое связывает антропологическую науку с этикой и биоэтикой [4]. Другими словами, этическая оценка такой науки, как медицина, не может быть отделена от учения, рассматривающего человеческое существо во всей его полноте. Было бы ошибочным пытаться рассматривать больного «исключительно с научной точки зрения», поскольку в процессе отношений, в которые вступают между собой врач и пациент, происходит выявление всех тех ценностей, что раскрываются при встрече человеческих личностей. Уважение другого как цели и отказ от использования его как средства — вот корень персоналистического антропологического подхода, но также и основа для «информированного согласия». Право на жизнь рассматривается многими как «право всех прав», но оно же является и веским основанием для того, чтобы не покидать пациента на терминальной стадии его болезни. Если мы станем рассматривать человека в рамках связывающих его отношений, то такой подход знаменует собой переход к той новой концепции медицины, оформившейся на Алма–атинской конференции, которая может стать основой для улучшения организации помощи на дому.

В целом все более очевидно, что этическое осмысление биомедицинских проблем становится необходимым для тех, кто хочет заниматься медициной с полным пониманием ее сути и во имя служения человеку.