Я понимал, что не имел права отдать такой приказ, но роли это не играло. Нужно было продержать регенератов ещё пару минут, пока двигатели не запустятся и не раскрутятся до необходимых значений. Пока двигатели раскручиваются, надо было заранее выпустить закрылки и предкрылки. Так как давление гидравлики было небольшим, пришлось включать электронасос, который питался от ВСУ. За это время я запрограммировал бортовой компьютер. Обошлось быстро, так как Сельчук каждый час его программировал, и мне нужно было всего лишь подтвердить введённые ранее значения. Только через две минуты двигатели раскрутились до нужных значений, и я крикнул в телефон “Взлетаем! Все на борт!”
Я открыл боковое окно и посмотрел, как спецназовцы по одному стали отходить и взбираться по трапу. Ещё две минуты ушло на то, чтобы все ушли с поля и забрались внутрь самолёта.
– Закрыть двери! Уберите этот чёртов трап! – крикнул я в салон, забыв о внутреннем телефоне.
– Сделаем! – крикнул Лёха.
Я переключил внутренний телефон в кабине на громкоговоритель, чтобы не отвлекаться на трубку. Через полминуты мне скомандовали, что все двери закрыты.
– Где трап?! – рявкнул я в салон.
– Щас! – крикнул Лёха и нажал на кнопку своего “детонатора”, и трап, взревев двигателем, понёсся назад, с ускорением влетев в здание и взорвавшись. – Готово!
Я снял самолёт со стояночного тормоза и взявшись за РУДы, сдвинув их на несколько сантиметров, и самолёт начал движение по рулёжке. Довольно быстро мы выкатили на полосу, и я едва не остановился на предварительный, но вовремя спохватился, и без остановки, вырулил на ВПП, сразу передвинув РУДы на максимальный режим.
Самолёт, который явно был очень лёгким, практически без напряжения разогнался сначала до 80 узлов, когда остаётся только взлетать, а потом так же легко оторвавший шасси от земли.
В тот же момент, когда я взял сайдстик[40], я заметил, что один из складов начал гореть. Когда самолёт прошёл высоту в 150 метров, я убрал шасси, и заложив небольшой вираж, пролетел чуть в стороне от аэродрома. Тогда же я понял, что горит склад с депутатом и его сворой.
– Лёха, зайди в кабину. – скомандовал я в телефон интеркома.
Почти сразу Лёха зашёл в кабину.
– По башке бы тебе дать, а так молодец. Зачем скомандовал стрельбу продолжать?
– Моторы не раскрутились, но я не об этом. Склад – твоих рук дело?
– Ну… может быть, короткой замыкание там случилось, да и приказ же был – в расход их. Так что… вот в расход их и пустили.
– Понимаю. Как там, всё в порядке?
– Ага. Сельчук кстати, сказал, что взлёт произвёл отлично.
– Ладно, давай в Киров. Займи место, мы высоту набираем.
Я включил табло “Пристегните ремни” и настроил автопилот на установление высоты двадцать одна тысяча футов и на курс на Киров.
____________________________
