Биология просветления полностью

Терри: В чем различие между свободным человеком и тем, кто не свободен?

У. Г.: (смеется) Я не вижу никакого различия. Если кто-то говорит, что я свободный человек, я этого не знаю. У меня никогда не бывает никакой мысли, что я свободный человек или что я отличаюсь от вас. Единственное,

что меня озадачивает, это почему он задает все эти вопросы, потому что у меня нет никаких вопросов. Так что я хочу лишь указывать, что в таких вопросах нет никакой надобности, поскольку на подобные вопросы нет ответов.

Но откуда вы знаете, кто является свободным человеком? Вы изучаете его действия? Есть множество святых людей, которые действуют в рамках строгих религиозных правил поведения.

Терри: В вас произошли некие фундаментальные изменения.

У. Г.: Понимаете, у меня были всякие виды переживаний. У меня было сексуальное переживание, но я не могу привнести в мое сознание сейчас то, каким оно было. Как я могу сравнивать эти состояния? Невозможно сравнивать то, каким я был и какой я сейчас. Даже если я говорю вам что-то о своей жизни и своих переживаниях, это все равно что говорить о чьих-то еще жизни и переживаниях. Память есть, ноя могу давать вам только словесную картину, в моих воспоминаниях нет никакого эмоционального содержания. Так что я никак не могу сказать вам, что вчера я был в рабстве, а сегодня я свободный человек.

Если ты ничего не ищешь, если ты не хочешь быть свободным ни от чего – что это за состояние? Как бы ты узнал? Здесь нет ничего, даже понимания. Сравнительная структура пришла к концу. С ней покончено. Это просто жизнь, вот и все.

У. Г.: Есть такая история о персидском мистике и шутнике. Однажды его пригласили провести беседу. Он пришел и начал беседу с таких слов: «Я уверен, вы все знаете, что я буду говорить». Люди отвечали: «Да, мы знаем». Мистик сказал: «Тогда какой мне смысл говорить? Я пойду домой». Люди осознали свою глупость и пригласили его снова. Он снова начал со слов: «Вы знаете, что я буду говорить», на что в этот раз люди отвечали: «Нет, мы не знаем». «Тогда нет смысла вам что-либо говорить», – сказал он и пошел домой. Они поняли, в чем была их ошибка, и спустя неделю снова пошли и пригласили его. Как обычно, он начал с того же. Половина слушателей отвечали «да», а другая половина – «нет». Мистик сказал: «Те, кто знает, скажут тем, кто не знает», – и пошел домой. (Общий дружный смех.)

У. Г.: Я пытаюсь загонять вас в угол, где вы ничего не можете с этим поделать. Нет способа понять и нет никакого запредельного. Пока ты чего-то добиваешься, ты уходишь от самого себя. Когда заканчивается это движение, которое обладает гигантской инерцией, накопленной за миллионы лет, это приводит к взрыву и он изменяет всю структуру твоего физического существа.

Внезапно активируются все железы, которые были неактивными. Вместо ума, управлявшего телом, им начинает руководить так называемая шишковидная железа, находящаяся вот здесь [позади лба], которую индуисты называют аджня-чакра. Больше нет «я», ничего, это чистое сознание.

Ты заново рождаешься, это то, что говорит Библия: семя должно умереть, чтобы быть рожденным снова.

Терри: Это механический, автоматический процесс?

У. Г.: Это механический процесс. Это то, что пытались делать йоги, чтобы вызывать изменение в структуре тела.

Терри: Насучат, что все механическое неправильно.

У. Г.: Да, вас учат использовать свою волю. Именно этому учат дома и в школах. Ты должен использовать свою волю, иначе будешь никем и все будут наступать тебе на ноги.

Терри: Что вы имеете в виду под механическим?

У. Г.: Все ваши действия механические. Вы пытаетесь манипулировать этими ощущениями, действиями, потому что хотите что-то от них получать. Вы хотите использовать эти чувства для собственной выгоды, для собственного удовольствия, и тем самым уничтожаете чувства.

Терри: Почему мы вообще к чему-то стремимся?

У. Г.: Это часть человеческого сознания. Три четверти миллиарда людей находятся в состоянии постоянного поиска. Здесь состояние другое, это естественное состояние, являющееся состоянием Будды, Иисуса и всех тех, кто вышел из мысленной структуры. Эти неугомонность и постоянный поиск будут продолжаться и продолжаться, и не будет никакого покоя, если только человеческое сознание не найдет свой уровень.

Терри: Кажется, что никогда невозможно ответить на вопрос, почему ты ищешь, потому что как только ты отвечаешь на вопрос, ты возвращаешься к началу и говоришь «ах».

У. Г.: Если ты это осознаешь, если это случается, то это конец.