– Так так так... – читал Ган. – «Драконья кровь – невероятно дорогой и редкий ингредиент... Может сделать человеческую кожу неуязвимой... Сердце дракона дарует нечеловеческую силу... Глаза дракона, будучи съеденными, могут наделить даром ясновидения... Любой повар мира отдаст вам все, что попросите, за драконью печень, потому что ее вкуса недостойны даже короли... Слюна дракона... Чешуя используется для закалки особого, легендарного сорта стали...» Это все, конечно, интересно, но где в этой книге можно вычитать способ победить дракона?
Перевернув страницу, Ган наткнулся на еще одну запись Колдуна: «Чтобы получить перечисленное ранее, необходимо обратиться за помощью к специалисту по убийству драконов, но так как последний из них был съеден во время неудачной охоты, то мне следует прожить еще лет сто, чтобы дождаться рождения очередного героя».
– Ха-ха... – на самом деле Гану было совсем не смешно. Даже если он сможет тайком умыкнуть Белоснежку из-под чуткого носа Дракона, то последнему ничто не помещает еще раз забрать ее из дворца, и чихал он (снова) на всю королевскую рать. То есть, необходимо устранение злодея силовым способом, тем самым, которым Ган, по мнению всего королевства, справился с Людоедом и Колдуном.
Он вытащил меч из ножен и посмотрел в свое отражение на его лезвии.
– Ну что... Не попробую – не узнаю.
О чем думал Ган, переступая порог драконьего жилища, ведомо лишь ему одному, но решался он на это минут пятнадцать.
– Я уже начал думать, что ты струсишь и повернешь назад, – Дракон ждал его, меланхолично чистя длинные когти и выпуская колечки дыма из ноздрей.
– Я пришел вернуть Белоснежку, – вместо приветствия ответил Ган.
– В смысле, принцессу? Так вот как ее друзья между собой называют! А то мне, признаться, порядком надоело звать ее по имени... «Сюсанна Мария Вельветта Баянера де ля Свон Мальшанская, княгиня Астурийская, герцогиня Кразинская, маркиза Санса и Берто, графиня Бульвето, Станра и Фонседо, прошу Вас разделить со мной трапезу! Сюсанна Мария Вельветта Баянера де ля Свон Мальшанская, княгиня Астурийская, герцогиня Кразинская, маркиза Санса и Берто, графиня Бульвето, Станра и Фонседо, Ваша ванная готова! Сюсанна Мария Вельветта Баянера де ля Свон Мальшанская, княгиня Астурийская, герцогиня Кразинская, маркиза Санса и Берто, графиня Бульвето, Станра и Фонседо, прошу Вас прекратить выдергивать чешую из моего хвоста!» И так далее в том же духе... – Дракон выглядел на редкость несчастным.
– Могу я увидеться с Ее Высочеством? – Ган был порядком удивлен отношением Дракона к похищенной.
Огромные зеленые глаза Дракона стали еще больше, приняв форму почти правильного круга, и он воскликнул, хлопнув кулаком об ладонь:
– Точно! Я же еще мог звать ее «Ваше Высочество»!
– Уважаемый Дракон, – Гану стала надоедать в принципе своем увлекательная беседа, – могу ли я поинтересоваться, где сейчас находится принцесса Сюсанна Мария Вельветта Баянера де ля Свон Мальшанская, княгиня Астурийская, герцогиня Кразинская, маркиза Санса и Берто, графиня Бульвето, Станра и Фонседо, в полном ли здравии она и как вообще себя чувствует?
– Я здесь, верный Ган! – прекрасный голос Белоснежки раздался откуда-то из-за спины Дракона, а потом появилась и она сама, радостно бросившись в объятия своего спасителя. – Забери меня отсюда, прошу тебя!
– Если только хозяин сего жилища не будет против...
Дракон расхохотался, очень, невероятно громко, так, что даже камни посыпались со сводов пещеры.
– Значит, все рассказы о тебе были правдой! – Дракон смахнул слезу со своей морды, а потом приложил все силы для того, чтобы сдержать порыв неудержимого веселья.
– И что же вам обо мне рассказывали? – осторожно спросил Ган.
– Что с виду ты очень глупый, неуклюжий и вежливый. Дурак-простофиля, одним словом.
– Ну, хотя бы ничего худого про меня не говорят... – Не то чтобы Гану было приятно слышать о себе такую нелестную характеристику, но все же лучше так, чем если бы Дракону стало известно о его «подвигах». – Так вы позволите принцессе Бело... Сюсанне Марии Вельветте Баянере де ля Свон Мальшанской, княгине Астурийской, герцогине Кразинской, маркизе Санса и Берто, графине Бульвето, Станра и Фонседо, уйти вместе со мной?
– Зови ее просто Белоснежкой... – Дракон поморщился, словно от сильной зубной боли. – Нет, не позволю.
– Могу я спросить, почему? – удивился Ган.
– А почему это я должен расставаться с одним из своих сокровищ? Принцессы, знаешь ли, Драконам не часто попадаются!
– Но зачем она вам?
– А зачем люди держат в клетках попугаев... – Дракон посмотрел на Белоснежку и запнулся. – Канареек?
Ган возразил:
– Но принцессы не канарейки, между ними нет ничего общего!
– Ой что ты там мне щебечешь, человечек, мне?! Я уже тысячу лет живу и в подобных вопросах лучше разбираюсь.
– Ну допустим... Тогда есть ли что-то, что я могу сделать, чтобы, ну не знаю, выкупить принцессу? Может быть, есть что-то, что вы цените выше ее благородного общества?
