Я стала рассматривать лицо доктора Эвиана, пока он осматривал моё тело. Он красив. Старше меня на половину стандартного десятилетия. Ясные и сосредоточенные глаза, длинные тёмно-синие ресницы. Его верхняя губа имеет форму дуги с глубокой ямкой в центре, прямо под носом. Лицо удивительно симметрично, если не считать крошечной голубой веснушки под правым глазом и неглубокой ямочки, которую заметила на левой щеке, когда он улыбнулся мне.
Он потянулся ко мне, кончиками пальцев мягко и нежно прикасаясь к моей груди, что так сильно отличалось от разминания Итару.
Медленно и уверенно Док водил пальцами по коже, скользя по выпуклости груди, но не затрагивая ореолы, пока не изучил каждый сантиметр правой груди.
Он тихо обошёл стол и встал с левой стороны, начав обследование левой груди, отчего та налилась тяжестью, словно пытаясь заполнить его руку. Я ощущала удовольствие от того, что его внимание полностью сосредоточено на мне.
Прядь русых волос упала ему на лицо, когда он сосредоточенно обследовал меня, а пальцы едва касались соска, отчего внутри груди возникла покалывающая напряжённость, сходясь на кончиках сосков, прежде чем спуститься глубоко в живот, где тепло распространилось между ног.
Я откинула голову, анализируя странные ощущения. Несмотря на то, что раньше никогда не посещала врача, я была уверена, что точно не должна чувствовать возбуждение по отношению к доку.
Ощутив странное покалывание в грудях, я открыла глаза и со вздохом резко села на смотровом столе. Что-то было не так. Мои соски превратились из своих обычных мягких круглых дисков в твёрдые заострённые стрелы, а между ног появилась влажность. Моё тело протекает? Быстро включила диагностику системы, показывающую, что мой эмоциональный порог выше среднего.
– Что ты сделал?
Док попятился от меня так быстро, что врезался в гудящие приборы, опрокинув стеклянный контейнер, полный инструментов. Его сердцебиение резко участилось, зрачки увеличились вдвое.
– Я ничего не делал, – поспешно ответил он. – Осмотр завершён. Эсара, твоя грудь идеально симметрична.
– Но почему мои соски такие твёрдые? Ты прикоснулся к одному из них, и теперь они оба твёрдые.
Док застонал, словно ему стало больно.
– Не стони на меня. Я не дура. Просто мне не хватает информации, и я пытаюсь понять, что происходит с моим телом.
Вздох, который сделал Док, был, возможно, самым глубоким вздохом, который я когда-либо слышала от другого существа.
– Эсара, ты проводила какие-нибудь самостоятельные исследования по теме полового созревания до того, как перешла на новый уровень обновления?
– Нет, – ответила в замешательстве. – Мне просто пришло новое программное обновление, и я его поставила в рамках инструкции, – сказала я, но, столкнувшись с безнадёжным взглядом дока, поспешно добавила: – Я пыталась поискать в своём ПО информацию об обновлении, но каждая ссылка, по которой переходила, вела к сенсорным видео, – даже содрогнулась при этом воспоминании. – Всё смотрелось настолько ужасно, что больше даже не пыталась их открывать.
Док пристально смотрел на меня, скрестив руки на груди, его мышцы напряглись, ногти впились в бицепсы.
– Ты разговаривала об изменениях в твоём теле с Сашей? О сексе?
– Нет. Зачем мне говорить об этом с Сашей? Она женщина, – я совсем не понимаю, чего хочет от меня Док.
– И как женщина она может обладать бесценными знаниями о твоих нуждах.
– Неужели всё так плохо, Док? Я неисправна? Сломана? Меня заменят, если я пройду техническое обследование? – Сама не заметила, как выкрикнула последние слова, смотря в сочувствующие голубые глаза.
– Эсара, ты не сломана. Видно, обновление сильно повысило порог эмоциональности. Определённые виды прикосновений к участкам тела могут вызывать симптомы возбуждения. Что только что и произошло с твоими сосками.
Уставившись на него, ожидала дальнейших объяснений и, не получив их, выпалила:
– О чём ты говоришь? Я не понимаю!
– Святые бездны, – прохрипел Док, гримасничая, глядя в потолок, как будто ожидал, что на него упадут металлические пластины потолка. – Эсара, оденься, пожалуйста, и мы продолжим разговор.
Его слова ударили, как щелчок плётки, и я извиняющимся голосом прошептала:
– Мои извинения, доктор Эвиан. Я и не подозревала, что вам так тяжело смотреть на меня.
– Ты понятия не имеешь, насколько. – Услышала, как он пробормотал себе под нос, пока я застёгивала лифчик и натягивала блузку.
–Так лучше?
– Да, – безэмоционально ответил док.
– А теперь объясните мне подробнее.
– Из-за фитогормонов твоё тело может реагировать по-новому. Причём оно может откликаться на всё, что угодно, будь то прикосновение или голос существа, показавшегося тебе привлекательным. Даже мысли о ком-то, кого ты находишь привлекательным, могут вызывать возбуждение. Кроме этого, может ускориться сердцебиение или измениться частота дыхания. Соски могут стать сухими и твёрдыми. Определённые части вашего тела могут ощущаться тёплыми…
–Да! Когда ты прикасался ко мне, я почувствовала тепло между ног.
Док посмотрел на меня, наверное, жалея, что не может считать мои эмоции. В конце концов он сказал:
