- Не все еще сделано, но да почти готовая. Не знаю почему, Зиня, но там так классно!
- Подозрительно все это. И тебя одну отпустили? В смысле вас обеих одних?
- Ну мама порывалась ехать, но в итоге не поехала. – пожала плечами Светка. – С нами наша училка приехала.
- Которая?
- Классная, Анна Николаевна.
- А-а, «бурлаки на волге». – сразу вспомнил я кликуху Бурлаченко. - Ясно, ну хоть какой-то присмотр. Хотя отпустила она вас зря.
- Да всего на два часа еле-еле отпросились.
- Еще и ее едва оставили одну.
- Кажется она там присмотрела себе какого-то южанина – захихикали они обе.
- О, Зиня, здравствуй. – присоединился к нам аргентинец.
- А этот «кабель-херо» что тут делает?!
- Он вообще-то мой жених, если ты не забыл. – цапнула его под руку Света.
- А… - растерялся я от такого ответа.
- Карлос член жури на олимпиаде, она разделена по нескольким номинациям. Я только по английскому языку, а Светка сразу в двух категориях по испанскому и по английскому участвует.
- С таким жури, – подумав я оставил шутки про член при себе и все же пожал руку Карлосу. – Она, наверное, уже победила.
- Она победила тут. – Карлос показал на свою грудь. – И это главное.
- Ну это прям какое-то… – покачал я головой подбирая определение, слишком уж слащаво-пафосному выступлению Кабальеро.
- Да все нормально Зиня, родители передумают. А мне к тому же вот-вот будет восемнадцать.
- Как они вас отпустили, я не понимаю. – качал я головой. - А вот родители Карлоса в курсе что он вместо дипломатической практики жену тут нашел? Как они отнесутся к этому? Насколько сам Карлос будет решать, на ком ему женится, там у буржуев все не так… - заметил я. – Чем богаче и влиятельнее семья, тем чаще браки по расчету.
- Зиня?! Я думала ты за меня. – возмутилась сестренка.
- Я за тебя, и не хочу, чтобы ты оказалась в дурацком положении.
- Я понимаю. – остановил готовую взорваться Светку ее Кабальеро. – Такое действительно у нас часто бывает, думаю и в вашей стране тоже. Но мой выбор одобрит мать, а уж она уговорит и отца, если тот будет против. Я знаю своих родителей. Если это все, о чем ты переживаешь, то все в порядке.
- Ладно, - пожал я плечами. – Большая уже девочка, сама разберется. Но как вас отпустили? Ты же говорила тебя папа не отпустит?
- Сравнил тоже, сумасшедший дикий лагерь полный мужиков или номер в гостинице и олимпиада. Между прочим, совсем на другом конце города. Кто не отпустит на финал олимпиады своего ребенка?
- Ну да… Еще училка с вами.
- Посидим в кафе? – предложил Карлос.
- Если пустят. – оценил я очередь желающих.
- Все будет «Ок», только говори на английском. Мы уже наловчились везде попадать. – заверила меня сестренка.
А, кстати, я в который раз пытаюсь спросить кто у тебя родители, ты всегда соскакиваешь с темы? – спросил я Илку.
- А для тебя это важно? Ты женишься только по расчету? – полушутя спросила Илка. – Или подожди, ты созрел до знакомства с моим папой? Зиня, ты тоже хочешь… сделать мне…
- Не-нет-нет, не созрел! – поспешно замахал я руками. – Мне вообще-то рано еще. Я между прочим младше вас, вот. Вообще твой папа, наверное, не обрадуется. Так кто он?
- Так все же, это важно?
- Ну не то что бы. Все профессии почетны. Главное, чтобы не мент, в смысле милиционер, пожалуй, вот и все.
- А что не так с милицией? У Тони Старкова папа же гаишник, нет? Вы же нормально общаетесь.
- Ну то Тони, и Гаишник, это не совсем мент. Да и Тони не моя девушка. Еще вариант из плохих это военный. – решил уж я прояснить что мне не по нраву.
- Все люди разные, Зиня. – напомнила мне сестренка.
- Это да, но все же. Или ты считаешь, что милиционер, это хороший вариант? – спросил я ее.
- Нет, я согласна с тобой брат, кто угодно только не милиция. – поддержала меня сестра. – Хуже ничего не может быть.
- Вот! Хотя… Ты знаешь, есть вариант похуже.
- Да-ладно?!
- Ага.
- Какой?!
- Сотрудник КГБ, - снизив голос сказал я.
- А почему сотрудник КГБ хуже? И чем вообще плох милиционер? – уточнила Илка.
- Ну как чем? В этой стране хорошо жить можно только если хотя бы немного ловчить. Это я говорю мягко «ловчить». Под «ловчить» уголовный кодекс и административный если повезет, подразумевает однозначно преступление или правонарушение. Как поется в песне? «Как?! хорошо в стране советской жить!» И я, Зиновий Биртман, отвечаю на этот вопрос: «А вот так». Я думаю, и я планирую хорошо жить. А милиционер в семье, это трагедия.
Судя по лицу Илки, я ее шокировал. Очень жаль, мне казалось она из нашей песочницы. А она не понимает. Может ее членство в комсомоле идейное?
- Ну а комитетчики, они же… - пыталась что-то сформулировать Илка. – другим занимаются.
