— Целы! Чего им сделается? — Я машинально провела тыльной стороной ладони по губам, и, к моему ужасу, на руке осталась кровь.
В тот же миг из состояния продолжительного анабиоза вышли мои органы вкуса. Во рту проявился неприятный солоновато-кислый привкус. Мозг немедленно идентифицировал причину сего явления и ударился в панику. Пустив побоку все правила приличий, я перегнулась пополам и принялась самозабвенно отплевываться.
Федя оторопело наблюдал за этой продолжительной процедурой. А когда я перестала изображать из себя взбесившегося верблюда, он осторожно попытался прояснить ситуацию:
— Что случилось? Тебе плохо?
— А кому сейчас хорошо? — огрызнулась я в ответ.
Разумеется, у меня не имелось никаких причин сердиться на заботливого прораба, но мысль о том, что я нечаянно наглоталась вражьей кровушки, доводила меня до исступления. Угораздило же! Если собрать перечень всех инфекций, которые передаются через кровь, уверена, что можно составить объемистый медицинский справочник. Или даже два справочника.
— Не переживай, все в норме… — выдавила я, — ну, то есть почти в норме… Это не моя кровь.
— А чья?
— Одного ублюдка. Я его укусила. Только что двое отморозков попытались затащить меня в машину. Но я им не далась. Пришлось обоих слегка покалечить. Тому, что остался с прокушенной рукой, еще повезло…
— О господи! Тебя ж ни на минуту нельзя одну оставить! Кто должен был смирно дожидаться меня в ресторане? — Он распахнул входную дверь и бесцеремонно затолкал меня внутрь.
— Я в соседний мини-маркет за салфетками пошла. А они тут как тут, с двух сторон подкатились, сволочи. Чего им, спрашивается, от меня понадобилось?
На этом диалог прервался, так как меня окружили взволнованные сотрудники, желавшие узнать, отчего мое лицо перепачкано кровью. Пока с ними объяснялась, Федя исчез из поля зрения, после чего нарисовался, держа в руках пузатый стакан, до половины наполненный прозрачной коричневой жидкостью. Утащив меня в комнату отдыха, он потребовал:
— Пей!
— Это что? — осведомилась я на всякий случай.
— Коньяк.
— Спятил? Кто ж благородный напиток стаканами хлебает? Да еще посреди бела дня в летний зной…
— Пей, говорю. Как лекарство для дезинфекции организма. Когда в следующий раз надумаешь изображать из себя голодающего вампира, подумай, сколько заразы умещается внутри человеческого организма. Хочешь заболеть СПИДом?
В этом Федя прав. Я и сама уже успела удариться в истерию по этому поводу. Эх, двум смертям не бывать, а одной не миновать. Зажмурившись, я припала к стакану и залпом осушила его до дна.
Огненная вода обожгла гортань и плюхнулась в практически пустой желудок. После чего я сочла своим долгом поинтересоваться у прораба:
— А ты вообще как относишься к пьяным женщинам? Должна предупредить: для меня полстакана коньяка — лошадиная доза.
— Начнешь буянить — отвезу в вытрезвитель или в милицию сдам. Там ты, по крайней мере, будешь все время под присмотром. Салфетки ей, видите ли, понадобились… А средство от глупости в твоем мини-маркете случайно не продавали?
— Не доставай. Нет бы похвалить за то, что сама разобралась с двумя бандюгами.
— Ага, сейчас медалей тебе навешаю… и тумаков наподдам в придачу.
— У меня и без твоих тумаков нога болит, — пожаловалась я, вздыхая.
— Где болит? Ты упала? — Федя испуганно обозрел мои коленки и, чтобы убедиться, что зрение его не обманывает, провел по одной из них ладонью.
— Нет, я не падала. Но ногой довелось поработать.
— В каком смысле?
— В том смысле, что у одного из парней теперь могут быть проблемы с деторождением. Я себе ногу об его хозяйство ушибла, — поперла из меня захмелевшая бравада. — И еще я той же ногой его лягнула. Да так, что он носом едва тротуар не перепахал.
— Да ты просто социально опасна! — захихикал он. — В стране демографический кризис, а ты без зазрения совести приложилась ногой по самому генофонду.
— Федь, — от выпитого коньяка мой язык стал слегка заплетаться, а мысли резко переключились на другой вопрос, — у них Женька. Вдруг ее пытают?
— Зачем? Ей же ничего не известно.
— Мне тоже ничего не известно, и тем не менее они тащили меня в машину. Наверняка Женька уже у них.
— Возможно, — нехотя согласился он и оставил меня в комнате отдыха одну.
— Слушаю, Федор Митрофанович! — Мобильный Демина идентифицировал шефа, и он смог сразу обратиться к нему по имени-отчеству.
— Новостей нет?
— Откуда? Мы же расстались менее часа назад. Да и на случай новостей я сам бы вас набрал…
— Зато у меня что ни час, то новые подарки. Поднимай всех своих ребят. Оплачиваю внеурочные по утроенному тарифу.
— Куда отправлять? — Начальник охраны нефтяного концерна с готовностью распахнул блокнот для записей, оправленный тисненой кожей.
