После 1815 года Англия в результате промышленной революции наводнила европейские рынки дешевыми товарами, произведенными машинами, в том числе и текстилем. Отечественные ремесленники с их традиционным кустарным трудом не могли конкурировать с техникой. Голод поразил многие районы: в 1816–1817 годах – Рейнскую область, в 1831 году – Восточную Вестфалию, в 1846–1847 годах – Позен (Познань) и Восточную Пруссию. Голодные бунты напугали имущие классы. Неурожаи разоряли крестьянские хозяйства, особенно в районах, ориентированных на экспорт. Как и в Ирландии в 1845 году, отсутствие железных дорог означало, что люди умирали от голода только из-за того, что предметы первой необходимости находились вне досягаемости. В Юго-Западной Германии практика долевого наследства, в соответствии с которой земли семьи делились поровну между сыновьями, привела к возникновению Zwergwirtschaft– «карликовых хозяйств». Хотя их владельцы и были свободными крестьянами, в силу крохотности наделов они не могли обеспечить себе достойное существование и жили в бедности. Послевоенный кризис, начавшийся в 1815 году, сопровождался падением цен. Необычайно суровые зимы в 1819 году и в середине сороковых годов также способствовали повсеместному обнищанию крестьянства. Тем не менее, хотя этого никто и не замечал, производительность сельского хозяйства неуклонно росла, что гарантировало лучшее будущее. По данным Пфланце, производительность сельскохозяйственного труда в Пруссии в 1816–1865 годах увеличилась на 135 процентов при возрастании численности населения на 59 процентов12. С развитием железнодорожной сети, позволявшей ускорить товарообмен, в Германии окончательно забудут о голоде. Пока же урбанизация европейского континента, как показано таблицей 2, была мизерной. К 1850 году только в одной Англии наблюдался рост городского населения.

Таблица 2.Доля населения в городах, в которых проживало свыше 100 000 человек(в процентах)

Источник: А.Ф. Вебер. Рост городов в девятнадцатом столетии. (Итака, 1899; Нью-Йорк, 1963). (A.F. Weber, The Growth of Cities in the Nineteenth Century(1899, Ithaca; NY, 1963), 144–145.)

Из таблицы следует, что в 1850 году Пруссия была в числе самых отсталых стран Европейского континента. Хотя Берлин развивался, сама Пруссия оставалась преимущественно деревенским королевством и в смысле темпов урбанизации была далеко позади Англии. В этой сфере тоже намечались перемены, правда, в 1847 году их, конечно, никто не замечал. Железные дороги только-только стали оказывать влияние на жизненные процессы на континенте. Первые примитивные и короткие железнодорожные пути появились в тридцатых – сороковых годах, а в последующие десятилетия они революционизировали транспорт и торговлю в Европе (см. таблицу 3)13.

Таблица 3.Развитие железнодорожной сети в отдельных странах(протяженность железных дорог в километрах)

По темпам и масштабам строительства железных дорог Германия опережала другие страны континента. В сороковых годах имел место скоротечный бум, вызванный спекулятивными вложениями в новые акционерные компании и необоснованным ростом стоимости акций. В 1843 году произошла серия банкротств, положившая начало будущим депрессиям и напоминавшая некоторые современные финансовые кризисы. К несчастью, она совпала с последним массовым европейским голодом, поразившим и Восточную Пруссию.Экономические неурядицы задели и Бисмарка. В августе 1846 года он писал брату о тяжелом положении, сложившемся в поместье из-за длительной засухи и плохого урожая:

...

«В Шёнхаузене абсолютно нет денег. Ежедневные выплаты составляют более шестидесяти талеров за неделю, а с лугами нам еще возиться и возиться. Касса пуста, и в ближайшем будущем доходов не предвидится. Кирпичи нам приходится отпускать в долгосрочный кредит, если мы не хотим потерять покупателей»14.

В апреле 1847 года Бисмарк впервые наблюдал бунт – в Кёслине, небольшом городке в средней части Померании, располагавшемся в пятнадцати милях к югу от балтийского побережья (теперь польский город Кошалин). Свои впечатления он изложил в письме Иоганне:

...

Перейти на страницу:

Похожие книги