Когда душа рвется на части, а сердце не выдерживает боли, ты осознаешь, что больше так не протянешь, нет сил бороться, нет сил жить в постоянных муках… Тогда, на самом пике тобой придуманного ада, срабатывает механизм защиты, и твой организм приходит на помощь душе, он вытесняет эмоции, делает так, чтобы ты хоть частично забыл о боли и вернулся к нормальной жизни. Но Бог создал наш организм далеким от совершенства… Ведь вместе с жуткими болезненными эмоциями уходят в подсознание и другие, полные счастья, а дальше ты идешь по жизни просто закупоренным сосудом, лишенным не только боли и горя, но и радостей…
– Как у меня устали ноги, – раздраженно пожаловалась Милана.
– Да ладно, не злись, я уже тоже порядком отсидел пятую точку, – усмехнулся её муж Андрей и демонстративно поерзал на соседнем сиденье.
– Между прочим, сегодня была твоя очередь давить на педали, а все Саша со своим «ну давай выпьем только по кружечке»! – все с тем же раздражением ответила Милана, – тебе всего кружка пива, а мне теперь полдня провести за рулем!
– А что, можно было выпить и больше?
Но жена посмотрела на него с такой злобой, что Андрей сделал руками знак, что замолкает.
Они возвращались из отпуска, в который ездили совместно с друзьями, Сашей и его невестой Олесей, ехавших сейчас в нескольких метрах позади на шоссе. Обе пары посветили две недели тому, чтобы объехать на машинах Финляндию, Швецию и успели зацепить часть Норвегии. Конечно, все были полны впечатлений от увиденных красот, но постоянные переезды на машинах и ночевки во всегда разных отелях порядком успели надоесть, и им хотелось поскорее оказаться дома, до которого было еще добрых четыре часа езды.
Андрей сидел и исподтишка поглядывал на жену, на губах играла ласковая улыбка. Милана сосредоточенно смотрела на дорогу и казалась ему невероятно сексуальной за рулем. Она почувствовала на себе его взгляд и повернула к нему голову, а увидев озорные искорки в его глазах, не сдержалась и рассмеялась.
– Ну милая, не сердись… – нежно проговорил Андрей и положил руку ей на бедро, девушка тут же скинула её. – С ума сошел? Разбиться хочешь? Между прочим, мы едем больше сотни!
Но он снова упрямо положил ладонь обратно и начал медленно двигать так, что через несколько секунд услышал тихий стон.
– Я тебе доверяю, – проговорил он, нежно целуя жену в шею.
Милана на секунду повернула голову в его сторону, чтобы ответить на поцелуй, но эта секунда затянулась…
Боковым зрением Андрей заметил, как перед ними резко вклинилась едущая в соседнем ряду машина и почему-то сбросила скорость.
– Тормозиии!!!! – только и успел крикнуть он, выкручивая руль в сторону и стараясь изменить направление движения их автомобиля, но было поздно… Скорость была слишком высокой, они с разгона въехали в перестроившуюся перед ними машину, бампер мгновенно превратился в груду искорёженного металла, одновременно вылетели подушки безопасности, но машины не остановились, из – за такого резкого торможения и удара их автомобиль перевернулся несколько раз. Последнее, что видела Милана, это лицо своего мужа в крови, она пыталась кричать, но её так сильно кидало из стороны в сторону, что подушки безопасности не справились, и она с силой ударилась головой о какую-то перекладину из остатка того, что было их машиной.
Друзья Андрея и Миланы, ехавшие позади, успели затормозить и несколько долгих секунд наблюдали, схватившись за головы, как машина их друзей врезалась в ехавшую спереди, обе машины перевернулись несколько раз, но первая машина затормозила на дороге, а машина Миланы и Андрея была меньше и легче, она слетела с моста, пробив заграждение, и скрылась из глаз.
Полгода спустя.
Милана сидела на кровати, сложив ноги в позе «лотоса», и вот уже несколько часов наблюдала, как паук вьет паутину в углу. Её уединение нарушил стук в дверь. Девушка медленно повернула голову в сторону раздавшегося звука, но не сдвинулась с места, она знала, кого увидит за дверью. И только спустя 5 минут настойчивого стучания, которое давило на мозг, она закатила глаза и слезла с кровати.
– Ну здравствуй! – произнесла Олеся, которая стояла, привалившись боком к стене перед дверью в квартиру Миланы.
– Привет, – абсолютно безэмоционально ответила девушка.
– Может пригласишь? – спросила Олеся, видя, что Милана не собирается идти на контакт.
– Заходи, – девушка нехотя подвинулась, пропуская подругу в квартиру.
Олеся прошла, закрыла за собой дверь, огляделась и присвистнула:
– Господи, что ты сделала с квартирой?!
– Да ничего, просто, наверно, пора убраться… – все тем же бесстрастным голосом ответила Милана и тоже осмотрелась. Одежда, которую давно нужно было постирать, уже не помещалась с корзину для грязного белья и валялась на полу, причем не только в ванной, но и в коридоре, и в комнате, там же на полу и на столе то ли остатки еды, то ли просто мусор, на пыли на мебели можно было рисовать.
– Наверно?! Милана! Это уже перебор!
– Что именно? – Милана зашла в кухню, хотела налить чай, но, заглянув в коробку, поняла, что чайные пакетики закончились. Тогда, бросив коробку в переполненное мусорное ведро, она снова вернулась в комнату. Олеся ходила за ней по пятам.
– То, что ты три месяца не появлялась на работе и тебя уволили, хоть бы проявила немного благодарности, что директора дали тебе длинный отпуск после больничного, не требуя быстрого выхода на работу, но даже их терпение не бесконечно! Ты вообще помнишь, когда последний раз ты снимала трубку мобильного? Или с кем-то общалась? Все за тебя безумно переживают!
