— Нам н-н-нужно уб-б-ир-р-р-аться от-т-т-сюда, — залепетал Уилл. — Иначе мы все умрем от гипотермии.
— Что такое г-г-ипотермия? — Феликс тоже начал дрожать.
— Все начинается с озноба, — начал объяснять Уилл. — На коже п-п-появляются отеки, она н-н-начинает синеть… Ты слабо понимаешь, что происходит, чувствуешь сильную слабость, з-з-засыпаешь и у-у-у…
— Звучит ж-жутко, — слабо ответил Феликс.
— Мне говорили, что лучше всего, когда мгновенно наступает об-б-бморожение тела. Тогда ты б-б-быстро п-погибаешь. А самое приятное то, что после остается прекрасно сохранившийся т-т-труп.
— Ребята, — прикрикнула на них Элеонора. — Может, перестанете говорить о т-трупах?
Так они провели в молчании несколько минут. К сожалению, в голову не приходило ничего, кроме трупов.
— Нам нужно прижаться п-п-поближе, — заметил Уилл, — чтобы сохранять т-т-тепло…
— Какая раз-разница? — спросила Корделия. — Отсюда нет выхода. Никто не может нас спасти. Зачем оттягивать неизбежное? Не хочется это говорить, но…
— Вот и не говори, — перебила ее Элеонора. — Мы проделали слишком большой путь, чтобы сейчас так просто сдаться. Кажется, мне придется посетить психотерапевта после всего пережитого!
Никто не засмеялся.
— Я ж-же пошутила, — протянула Элеонора. — Вспомните, как Брен всегда отшучивался в подобных ситуациях?
Ребята прижались поближе друг к другу. Вскоре они все начали чувствовать сильную слабость. Один за другим они теряли сознание. Сначала на плечо Корделии упала голова Феликса, затем Уилла, вскоре и она сама устало закрыла глаза. Дольше всех продержалась маленькая Элеонора.
В тот самый момент она заметила темную фигуру, лишь силуэт бредущего в снегах человека. Казалось, человек был очень невысокого роста. Когда он приблизился к ребятам, Элеонора смогла разглядеть на нем огромную шубу с капюшоном. Человек подошел к девочке, встал на колени и наклонился к ней. Элеонора не видела его лица — оно было скрыто под капюшоном… девочка совсем ослабла и не могла говорить.
Человек открыл рот и выдохнул.
Облако красного дыма вылетело у него изо рта. Дым окутал лицо Элеоноры. Она почувствовала запах корицы и вдруг ощутила тепло. По ее телу растекалось приятное ощущение тепла, отогревая окоченевшие конечности.
И тут она потеряла сознание.
Когда Корделия пришла в себя, первым делом она почувствовала приятный запах ванили, гвоздики и сливочного масла. Этот чудесный аромат пробудил ее от глубокого сна, в котором она и ребята пребывали долгое время. Тут она открыла глаза и увидела перед собой чашку чая. У чашки отсутствовала ручка, зато посудина была обернута в коричневый мех, так что Корделия могла не опасаться, что обожжет свои пальцы.
Поднимающийся над чаем пар пах так вкусно, что у Корделии закружилась голова. Но напиток казался слишком горячим. Девочка грела свои руки и осматривалась по сторонам. Вокруг были стены из красного камня, в углу пылал огромный камин. На стенах висели шкуры животных и оленьи рога, а на полу лежала шкура, которая могла принадлежать буйволу. На ней сидела сама девочка, крепко укутанная в шерстяное одеяло, рядом с ней устроились остальные тоже с чашами горячего чая в руках.
Корделия внезапно заволновалась и проверила свой задний карман. Да, там он и остался, намокший от снега дневник Элайзы Мэй Кристофф. Девочка чувствовала, что ей нужно открыть его как можно скорее.
— Гм, — послышался голос над ее головой.
Позади Корделии стоял сгорбленный мужчина с обветренным и загорелым лицом. На нем были шерстяная рубаха и штаны, украшенные красными перьями. Мужчина был абсолютно лысым, щеку покрывали бородавки. Из бородавок торчали белые длинные волоски, которые напоминали кошачьи усы.
— Хорошо… — вздохнул мужчина, — чай все-таки подействовал. Впрочем, как и всегда!
— Кто вы такой? — обратился к нему Уилл.
— Меня зовут Вангчук, — представился мужчина, — но для начала, дорогие гости, я очень вам советую расслабиться и выпить чай. Представляю, какое у вас было утомительное путешествие.
Ребята переглянулись. Корделия и Элеонора посмотрели на горячую жидкость с недоверием. В прошлый раз, отведав мяса с картошкой, они умудрились оживить скелеты. Тем не менее Уилл уже пил чай.
— М-м-м, — смаковал он напиток, как вдруг поймал на себе взволнованные взгляды девочек. — Что?
Остальные тоже решились попробовать чай. Напиток согрел их от макушки до кончиков пальцев. Чай был не похож ни на один из тех, что они когда-либо пробовали: с медом и жирными сливками, пряный и густой, словно шеф-повар мирового класса придумал рецепт удивительного молочного коктейля со вкусом чая.
— Что в нем? — поинтересовалась Элеонора.
Вангчук горделиво расправил плечи и ответил:
— Бычьи потрошки.
— Что-что?
— Из бычьего желудка вычищается жир…
— В чем дело? — спросил Вангчук.
—
