1814 год. Побежденный Наполеон сослан на Эльбу. Главы 216 больших и малых государств собрались в Вене, чтобы на руинах разрушенной наполеоновской империи построить новую Европу... Перед ними стояло множество сложнейших дипломатических и политических проблем, требовавших немедленного решения. Что делать с побежденной Францией? Как разделить только что освобожденные земли? Какую компенсацию предложить семьям погибших? Венский конгресс прославился как самая изощренная «битва дипломатов», в которой сошлись лучшие политические умы тогдашней Европы — элегантный и расчетливый австрийский князь Меттерних, гений и циник — французский посланник Талейран, интеллектуал Александр I и хладнокровный британский лорд Каслри. Но что же происходило за кулисами Венского конгресса? Книга Дэвида Кинга поможет читателю словно собственными глазами увидеть это.
Принц де Линь
Высокий нарядный фрегат его величества «Неустрашимый» вошел в крохотную рыбацкую бухту. Две дюжины уставших гребцов подвели грациозный корабль к наспех сооруженному деревянному причалу. Толпа людей, собравшихся на берегу, охрипла от приветственных возгласов. На водной глади пестрели букеты цветов, брошенные в честь пришельцев. На борту сияющего фрегата находился император Эльбы, владыка каждой пяди шестнадцатимильного острова.
Всем хотелось взглянуть на низкорослого человека в старом зеленом мундире, белых панталонах и высоких сапогах с алыми отворотами. Его можно было узнать по походке: он шел, подавшись телом вперед, руки за спиной, нервно вышагивая, как «тигр в клетке». Хлопья нюхательного табака, прилипшие ко рту, дополняли его сумбурный, всклоченный вид.
Всего две недели назад он пытался покончить с собой, проглотив смесь опия, белладонны и белой чемерицы, которую постоянно носил с собой на шее в пузырьке-сердечке. Доза была смертельная, но яд выдохся за время долгого и тяжелого похода в Россию. От мучений, пережитых в Москве, теперь его, казалось, отделяла целая вечность. Конечно, остров, который он видел в подзорную трубу, не был Корсикой. Император подчинился судьбе и думал о том, что его ожидает на этом пятачке земли, темневшем в голубизне моря.
Наполеона Бонапарта, гениального маньяка, покорившего почти весь континент, наконец остановили. Этот баловень судьбы с невероятной быстротой подчинял себе территорию за территорией. Французский триколор поднимался во всех столицах от Мадрида до Москвы. Члены горделивого клана Бонапартов занимали троны по мере расширения империи. Однако перенапряжение, истощение сил, участившиеся военные неудачи привели к тому, что чудовищная многонациональная конструкция рухнула. Наполеон потерпел поражение, его империя развалилась, вся международная система расползлась по швам, требовалась ее полная перестройка.
Осенью 1814 года в Вену потянулись короли, королевы, князья и дипломаты на мирную конференцию, какой в истории еще не бывало. Свои делегации направили более двухсот государств и княжеских дворов. Им предстояло разрешить множество проблем. Каким видится странам-победительницам послевоенное устройство Европы? Как можно компенсировать жертвы, понесенные народами вследствие наполеоновского ига? Венский конгресс давал возможность ликвидировать последствия совершенных Наполеоном преступлений и создать в Европе, как многие надеялись, «лучший из миров».
Предполагалось, что переговоры займут три-четыре недели. Поднаторевшие в дискуссиях дипломаты рассчитывали на шесть недель. Но делегаты в предвкушении длительного мира предались нескончаемым празднествам. Мирная конференция в Вене скоро превратилась в развеселый, безумный карнавал: маскарадные балы, средневековые рыцарские турниры, банкеты и роскошные приемы, «блистательный хаос» всеми цветами радуги сверкал на обоих берегах Дуная.
Действительно, в то время как миротворцы предавались удовольствиям, таяли надежды на скорое урегулирование проблем. Подковерные интриги, личная неприязнь и вражда, масса других непредвиденных трудностей не давали участникам встреч договориться практически ни по одному вопросу. Достичь мирного согласия оказалось не менее сложным, чем нанести поражение Наполеону.
Внезапно эта «счастливая вольная жизнь» после шести месяцев гуляний нарушилась. В Вене появился посыльный с письмом, на котором значилось «срочно». Часы только что пробили шесть утра, и австрийский министр иностранных дел князь Клеменс Меттерних чувствовал себя слишком уставшим, чтобы заняться неотложным делом. Он бросил депешу на ночной столик и попытался заснуть. Через полтора часа князь все-таки вскрыл письмо, отправленное имперским и королевским генеральным консульством в Генуе (на самом деле оно располагалось в Ливорно). И он прочитал:
«В гавани только что появился английский комиссар Кемпбелл, расспрашивая всех о том, не видел ли кто Наполеона (в Ливорно), поскольку он исчез с острова Эльба. Ответ был отрицательный, и английский фрегат без промедления ушел обратно в море».