Итак, против Англии у России был рычаг усмирения — угрожающая Индии группировка войск в Туркестане. А вот против усиливающегося милитаризма Германии подобных рычагов не было. Поэтому, не веря в искренность Бисмарка и Вильгельма II, русский царь вынужден был противодействовать их агрессивным притязаниям в Европе. Из-за постоянных опасений за западную границу внимание к восточным пределам империи было ослаблено. Тем не менее, чтобы не упускать из виду все, происходившее на южных и юго-восточных рубежах Империи, в Главном штабе, был сформирован Азиатский отдел. Кроме того, были предприняты работы по приведению старых укреплений в соответствие с современными требованиями инженерного искусства, завершено сооружение имеющей огромное стратегическое значение Закаспийской железной дороги. Дорога эта, обрывающаяся в приграничной Кушке, не могла в ближайшие десятилетия окупить даже затраты на строительство и за более чем вековое свое существование не имела никакого хозяйственного значения. Ее предназначение было чисто военным — обеспечить быструю переброску войск на театр войны в случае необходимости возобновить силовой спор с Англией в Азии.
К окончанию царствования Александра III в 1894 году значительно изменились условия наступательных действий России к северным пределам Индии. Если за тридцать лет до этого исходное положение наступательной линии начиналось от Оренбурга, то с постройкой Закавказской и Закаспийской железных дорог оно начинается в Мерве (с продолжением строительства — в Кушке), Самарканде и Маргелане. Туркестанский военный округ, сформированный для возможного расширения пределов Империи на юг и оказания постоянной угрозы владениям англичан в Азии, был соединен железной дорогой с Каспийским морем, которое в свою очередь связано железной дорогой и реками с внутренней сетью путей сообщения России.
Постоянное тяготение России к Индии, решимость выступить туда военным походом, постепенное наступательное движение русских в Средней Азии, которое сравнивали с военной операцией по осаждению крепости, вызывали постоянные опасения Англии за сохранение ее могущества в Индии. И, конечно же, коварнее и опаснее, чем англичане, у России врага в прошлом веке не было. Это прекрасно понимал Александр III, но его вдруг взошедший на престол сын Николай, идеалист, наивно веривший в высшую мудрость, которой должны руководствоваться властители мира, поначалу не мог осознать этой истины, передаваемой от одного русского монарха к другому на протяжении нескольких столетий. Даже в его письмах английской королеве Виктории, общей бабушке почти всех европейских царствующих дворов, а главное, бабушке обожаемой Аликс, даже в этой переписке, в которой речь шла, прежде всего, о делах семейных, о погоде, об отдыхе, даже здесь мы находим слова надежды на спокойствие в мире, что даст возможность России процветать.
10/22 мая 1895 года, Царское Село.
