Потому что через мгновение они оказались на полу ярко-освещённой солнцем комнаты карцера, в которой Дайна уже не рассчитывала оказаться.
- Может слезешь с меня? – злобно процедила она.
- Извини… - спохватился Энриль и скатился с Дайны. – У меня всё болит, - снова начал жаловаться он.
- У меня вообще-то тоже, - приняв сидящее положение, Дайна раскрыла ладонь и принялась методично вынимать из неё длинные колючки. – Уффф… чёрт, как больно… Не понимаю, зачем так жестоко со мной поступать?
- Ты про колючки или про возвращение в карцер? – Правитель тоже уселся, подвинулся к ней и перехватил её окровавленную ладошку.
- Кого ты испугался? Собственных слуг? Разве не Правитель решает, отправлять провинившегося в карцер или выпускать? Уфф, - Дайна поморщилась, когда он сильнее раскрыл ее ладонь, исколотую стеблями черноягодника. – Мы, между прочим, решали проблему государственной важности.
- Вот именно, я Правитель, а не Повелитель. Наш способ управления чуть сложнее, чем в Хардракаре. Авеанна создана, как благое государство. Наша миссия – созидать, а не разрушать. Так что правила одинаковы для всех, - Энриль отпустил её руку, на которой больше не было ни одной впившейся колючки.
«Как он это сделал? Я почти чувствовала, как он их вынимал».
- И ты совершенно права, я поддался порыву, явившись к тебе, хотя надо было подождать всего день, до конца твоего суточного заточения. Тогда бы я держал себя в руках, и мы бы не поссорились в кабинете.
- Поддался порыву? – поведение Правителя настораживало.
Зато новость о скором окончании заточения обнадёжила. Ведь тогда она сможет вернуться в лекарскую часть, чтобы наложить повязку с мазью на свою пострадавшую руку.
- Именно, - Энриль откинулся спиной на кровать. – Спрашивай уже. Так и быть, обменяемся тайнами.
- Значит я верно поняла? Никто не должен знать, что я попаданка. И что ты… не вечный.
Энриль кивнул:
- Как ты узнала?
- Ты выглядишь и ведёшь себя, как зелёный солдат, - вздохнула Дайна. – Ещё и эта несдержанность… и извини, но в тебе не чувствуется мудрости прожитых лет. Даже моя земная бабуля лет 60-ти дала б тебе фору… Как это получилось? Ведь получается вечный Правитель умер, и ты занял его место. Причём случилось это, судя по всему, совсем недавно.
- Как-нибудь расскажу. А теперь мне пора возвращаться, - он поднялся на ноги, демонстрируя, спину в колючках и пятнах от влажной земли, - пока дворцовые стражи всех на уши не подняли.
Дайна хихикнула:
- Точно, у веанов чуткий слух, стражи явно что-то заподозрили. – Впрочем, улыбка тут же сошла с её лица. – Энриль…
- Что? – обернулся веан, хотя круговорот портала уже взрезал пространство.
- Нам с тобой всего по 20 лет. И будем честными, мы оба – не гении. А что, если мы… проиграем?
Светящиеся серебром глаза молодого Правителя, казалось, уловили и разделили её тревогу:
- Вот поэтому, Дайна, нам придётся о-очень постараться.
- Дир! – голос матушки заставил вздрогнуть и выйти из сна.
А ведь снилось ему нечто невозможно приятное…
«Точнее, кто-то,» - Руэйдир сел в кровати и потёр глаза, размышляя всерьёз, не лишить ли Гарцин права входа в его покои. – «Особенно, если учесть, что в мою личную жизнь уже вторглась одна…»
- Трактирщица? Ты в своём уме?! – «дальняя родственница» Повелителя, пользующаяся во Дворце особым влиянием, нависла над кроватью.
- Гарцин, - он давно отучился называть её «мамой», сохранение тайны вечности потребовало и более существенных жертв, - не драматизируй. Это временно.
- Легко тебе говорить! – Гарцин мгновенно построила вокруг них звуконепроницаемый цилиндр. - Я только начала забывать, какого это – считаться матерью, потерявшей единственного сына! А потом… приживалкой Повелителя, недостойно занимающей своё положение!
- Мы уже обсуждали это. Никто даже не догадывается, что я твой сын. И ты давно тяготилась своим двусмысленным положением. Так радуйся! Наконец у тебя есть повод «обидеться» на меня и сосредоточиться на собственной личной жизни.
- Да, но тогда мне придётся уехать из Дворца.
- Не придётся.
- Как? Ведь ты так и не отдал мне Перстень Избранницы…
- Это было бы слишком. К тому же ты сама не хотела его брать.
- Да! Но теперь его носит она!!!
- Я уже сказал: это временно. Каролина мне нужна, если хочешь… в исследовательских целях. Кстати, с ней всё в порядке?
- Настолько, насколько это может быть с Избранницей Повелителя. Самые отъявленные язвы вынуждены были засунуть поглубже свои змеиные языки, - Гарцин не сдержала смешок. – Только представь: она расхаживала по замку в платье служанки, а на пальце сиял самый большой в Ливиноре жёлтый бриллиант.
- Даже жаль, что меня там не было. Всё самое интересное я, как обычно, пропускаю, либо восседая на троне, либо отсыпаясь, - Руэйдир поднялся с кровати, прошлёпал в ванную и повернул кран. - Как она тебе?
- На удивление, пристойная, - мать подошла к раскрытой ванной и остановилась в дверях. – Сначала, конечно, удивлялась реакции встречных. Потом возмущалась. А потом как-то… вошла в роль.
