– Вскоре у Эммы начнутся занятия в медицинском. Она умеет все спланировать впритык! – со смехом добавила Теннисон, любовно улыбнувшись. – А у Эндрю новая работа, так что настоящий медовый месяц в ближайшее время им не светит. Однако молодожены непременно должны несколько недель провести вместе, хоть и с запозданием. А поскольку время осенних каникул – самая прекрасная пора в регионе Амальфи, я решила, что поездка в Италию будет отличным подарком!
У Эммы отпала челюсть.
– Да ладно, ты серьезно?! – счастливо рассмеялся Эндрю.
Все вокруг заохали и заахали, потом грянули аплодисменты. Мелани наконец смогла закрыть рот. Поездка в Италию? Да чтоб… кхм. Ну конечно, чего еще можно было ждать от Теннисон! Мелани никогда с ней не сравняться. Та всегда и во всем будет брать верх. От свадьбы и внуков до собственных похорон! Лучшие идеи, подарки, поездки и лучший гроб вечно будут оставаться за ней. Соперничать бесполезно.
Как и прежде, Теннисон с детства привлекала к себе все внимание, все взгляды устремлялись на нее. Она неизменно получала то, что хотела, – от победы в летнем конкурсе художественного чтения в библиотеке до места капитана в команде поддержки. Сейчас, когда бывшая подруга стояла в центре самой нелепой и смехотворной вечеринки с подарками в истории Шривпорта, выглядя на десять лет младше Мелани и швыряя на ветер тысячи долларов, становилось очевидно, что ей самой суждено вечно оставаться в тени, быть этакой «темной лошадкой».
Однако иногда и они выигрывают. Или ломают ноги посреди забега…
Теннисон взяла у Марка Мэллоу конверт и вручила его сыну.
– Поздравляю, дорогой. Надеюсь, поездка в Италию станет незабываемой.
Эмма и Эндрю, сияя улыбками, раскрыли конверт и принялись шумно восхищаться перелетом первым классом и пятизвездочным отелем, где им предстояло жить. Мелани была счастлива за дочь – такой медовый месяц бывает раз в жизни. Ей не хотелось считаться, и все же… Подарок ясно демонстрировал возможности Теннисон и ее готовность ими воспользоваться.
В этот момент рядом вдруг появилась мать.
– Мелани, нам нужно идти.
– Ого, да ты не шутила насчет ухода сразу, как Эмма начнет открывать подарки! – проговорила дочь, поворачиваясь. Однако выражения лиц обеих – Сэнди стояла рядом, сжимая в руке красивый клатч с блестками, – тут же заставили Мелани встревожиться. – Что? Что случилось?
– Надо ехать в больницу. – Энн досадливо поджала губы.
– Твоей маме позвонили из университетской клиники, – пояснила Сэнди, успокаивающе кладя ей ладонь на плечо. – Хиллари привезли туда на «скорой».
Мать, сбросив руку, двинулась в сторону освещенной дорожки.
– Я говорила тебе, что она неважно себя чувствует.
– Они сказали, что с ней?! Кто звонил?
Мелани заозиралась в поисках Эммы, чтобы предупредить ее. В темнеющее небо взмыли фейерверки, разорвавшись ослепительными вспышками.
– О господи! – Мелани, схватившись за грудь, глубоко втянула воздух.
Сэнди ободряюще сжала предплечье подруги.
– Не знаю точно, кто звонил. Отыщи Эмму, а я пока вызову такси.
– Спасибо.
Яркие вспышки в вышине сопровождались оглушительным грохотом, от которого дребезжали стеклянные фонари на столах. Ну разумеется, фейерверк. Тоже очень в стиле Теннисон. Боже…
Мелани принялась протискиваться сквозь скопище гостей, глазевших на разворачивавшееся в небе шоу.
– Бокал просекко в честь счастливой пары? – предложил попавшийся навстречу официант.
– Нет, спасибо, – отмахнулась она, вглядываясь туда, где в последний раз видела дочь.
Путь преградила улыбающаяся Теннисон. Однако, поняв по виду бывшей подруги – что-то неладно, – она тут же посерьезнела.
– Что случилось, Мелли?
– Где Эмма?
– Они с Эндрю пошли фотографироваться у дуба с японскими фонариками. Я решила, что на фоне фейерверков… Стоп, так что стряслось?
Мелани провела ладонью по лицу.
– Хиллари увезла «скорая». Не знаю точно, из-за чего – по телефону мать разговаривала. Нужно ехать в клинику.
– О нет! – Теннисон подхватила Мелани под локоть и повлекла к выходу. – Не волнуйся, поезжай к Хиллари. Я скажу Эмме, в чем дело. Она тоже подъедет, когда здесь все закончится.
Мелани кивнула.
– Спасибо тебе.
Теннисон вдруг остановилась.
– Это что-то серьезное?
Мелани почувствовала, как внутри поднимается страх.
– С Хиллари все может оказаться серьезным.
– Тогда поторопись.
Даже тост за счастливую пару поднять не удалось…
Ноги болели так, будто их пропустили через мясорубку, поясница ныла, однако на лице при виде Джозефа Ретта, полицейского, который появился у бассейна, лавируя между убиравшей столы и стулья обслугой, сама собой расцвела улыбка.
– Привет, красавчик! – проговорила Теннисон, держа в одной руке туфли на каблуках, в другой – бокал просекко. – Я предложила бы тебе выпить, но ты же откажешься…
– Я здесь не за этим.
Пронзительный взгляд Джозефа опустился к ее груди. Теннисон вспомнила, как ему понравились ее «девочки». Он даже дал им имена – Анна и Эльза. Очевидно, часто смотрел с дочками «Холодное сердце».
– Неужели? Тогда тебе повезло – у меня есть как раз то, что тебе нужно, – поддразнила она.
