С декабря 1941 по апрель 1942 года практически безлюдная и малопригодная для жизни местность у Погостья стала ареной ожесточенных боев между частями Красной Армии, пытавшихся прорвать блокаду Ленинграда, и германского вермахта. Глубокий снег и сильные морозы, а также яростное сопротивление противника вынуждали красноармейцев 54-й армии, попавшей в позиционный тупик, буквально прогрызать себе путь через вражескую оборону. Долгое время эта битва удостаивалась лишь кратких упоминаний в обобщающих военно-исторических трудах. В этой книге на основе советских и немецких документов впервые рассказывается о сражении, ставшем первым актом трагической Любанской операции.
Мосунов В. А. Битва в тупике. Погостье. 1941-1942. — М. : Изд-во «Пятый Рим» (ООО «Бестселлер»), 2017. — С. 240 : ил.
ISBN 978-5-9908265-6-4
Памяти Бориса Александровича Зорина, командира взвода топоразведки 88-го артиллерийского полка 80-й стрелковой дивизии
Бои, развернувшиеся в этом забытом Богом и людьми месте, стали одним из малоизвестных эпизодов Битвы за Ленинград. Советские военачальники предпочитали не вспоминать о Погостье, зато эта маленькая железнодорожная станция, расположенная на половине пути между Мгой и Киришами, удостоилась быть отмеченной в дневнике начальника Генерального штаба сухопутных войск Франца Гальдера. И, что самое удивительное, — в этом районе, казалось бы, абсолютно непригодном для действий войск вообще, большую роль играли бронированные боевые машины, широко применявшиеся обеими сторонами. При этом среди привычных образцов боевой техники встречалась и настоящая экзотика вроде немецких 105-мм самоходных гаубиц на базе английских танков или советских самоходных орудий на шасси Т-26.
Само название станции Погостье и небольшого поселка при ней имеет древнерусские корни. Пятьсот лет тому назад по правому берегу Волхова далеко на север и северо-восток простиралась Обонежская пятина Новгородской земли. Она разделялась на податные округа, называвшиеся погостами и управлявшиеся посылаемыми из Новгорода должностными лицами. Со временем слово «погост» стало обозначать деревню с приходской церковью и кладбищем при ней, что сохранилось в названиях нескольких населённых пунктов и мест северо-запада России. Было ли Погостье местом остановки князя и его дружины во время сбора дани, нам доподлинно неизвестно. Но в XX веке маленькая станция Погостье стала огромным погостом для тысяч и тысяч человек, сполна оправдав свое название («погост», согласно словарю В. И. Даля, — кладбище с церковью).
Железную дорогу от Мги на Кириши начали строить во время Первой мировой войны австрийские солдаты и офицеры, взятые в плен русскими войсками в ходе Брусиловского прорыва. Железнодорожные станции на этой ветке открывались уже в 1920-е гг.
К началу войны сама деревня Погостье насчитывала всего несколько дворов.
Местность, в которой расположено Погостье, нельзя назвать гостеприимной. На равнине с небольшими высотками даже насыпь железной дороги кажется иногда горной грядой. На карте Погостье выглядит клочком спасительной суши среди нескончаемых болот. Наиболее крупное из них, болото Соколий Мох, занимает площадь в несколько сотен квадратных километров. Дорог в районе мало, единственная до сих пор более-менее сносная грунтовая дорога ведет от Погостья к Любани, к деревням вокруг нее и далее на юг. К востоку и северу дорожная сеть почти не развита, лишь грунтовые дороги, более похожие на тропы, соединяли Погостье и близлежащие деревни. Реки в районе имеют в основной своей массе достаточно пологие и заболоченные берега. Зима характеризуется большим количеством осадков. Глубокий снежный покров резко затрудняет передвижение вне дорог.
Для действий крупных масс войск район почти непригоден, но именно здесь после разгрома германских войск под Москвой Ставка ВГК решила провести широкомасштабную наступательную операцию на северо-западном направлении. Результатом должно было стать уничтожение всей Группы армий «Север». Долгое время интерес исследователей к боевым действиям на северо-западном направлении в 1942 г. ограничивался изучением в основном действий Волховского фронта и особенно 2-й Ударной армии. Название «Мясной Бор» отпечаталось в массовом сознании как символ трагедии, стало синонимом кровавой мясорубки, в которую попали десятки тысяч советских солдат. Однако только действиями Волховского фронта эта грандиозная операция не исчерпывалась. Боевые действия 54-й армии у Погостья зимой — весной 1942 г. и ее правого соседа, 8-й армии, во многом так и остались «белым пятном» Битвы за Ленинград. Да и вообще, заслуги 54-й армии, которая несколько раз спасала Ленинград осенью 1941 г., не давая немцам продвинуться южнее Ладожского озера на восток, оказались незаслуженно забыты. Нельзя не согласиться с автором одной из лучших обобщающих книг по битве за Ленинград Г. А. Шигиным, что целостное описание боев за Погостье найти весьма затруднительно.
