Мгновенно устыдившись своей несдержанности, она аккуратно подняла кокон и положила обратно в корзиночку. Больше к разноцветным коконам никто не притрагивался.
— Прямо-таки удивительно, что они не принесли нам птичьих тушек, — сказала Кейтри.
— Здесь нет птиц, — ответила Тахгил. — Разве ты еще не соскучилась по их пению?
— Лично я вполне могу обойтись и без птиц, одними сладостями, — с набитым ртом проговорила Вивиана. — Ну кто бы подумал, что можно есть цветы!
— Ну, едят же цветную капусту, — возразила Кейтри. И прибавила, наморщив носик: — Во всяком случае, некоторые едят.
— И засахаренные фиалки, и розовые лепестки, — согласилась Вивиана, впиваясь зубами в сочный плод.
Кейтри поглядела на серый и сумрачный высокий полог, изредка ронявший одинокие листья.
— Что-то не вижу здесь ни таких цветов, ни плодов. Сдается мне, они все растут на длинных побегах гораздо выше. И как только Древолазы их достают?
— Ума не приложу, — промолвила Тахгил. — Но, насколько понимаю, тот уриск попросил Древолазов помочь нам и спустить одну из своих лестниц. В конце концов, все-таки звал нас именно он, а вовсе не пикси пытались заманить в дебри Казатдаура навстречу злой судьбе.
— Да, малыш оказался очень порядочным, такому можно доверять, — согласилась Вивиана. — Да и трау нам помогли, хотя и не нарочно. Не укради они мою вещицу, мы бы так и сидели у пруда, когда на нас напала эта тварь, Кривошей. А тогда он бы мог отрезать нас от леса и никакие Древолазы нам бы не помогли.
При одной мысли о подобном кошмаре все три примолкли.
Лесной мир, окутанный нежно-зеленой дымкой, казалось, состоял сплошь из перпендикуляров, теряющихся во мгле далеко внизу. Головокружительная перспектива. На земле ждала опасность, над головой покачивались тонкие ветки, слишком ломкие и хрупкие, чтобы выдержать кого-нибудь тяжелее опоссума. А по бокам простирались воздушные бездны, столь глубокие, что туда и глядеть было невозможно из-за страха упасть.
Идти было некуда.
Тахгил внимательно изучала сложный аппарат из веревок и лебедок, привязанных к вбитым в ствол крюкам.
— Канаты сплетены из волокон, которые торчат из стеблей этих цветов и плодов, — они очень крепкие, грубые и прочные. В нашей ситуации веревки нужны просто позарез. Может, нам удастся самим такие сплести…
— Ни веревки, ни что другое нам не понадобится, если мы на веки вечные останемся торчать тут на насесте, — сварливо заявила Вивиана. — Пора бы уж этим Древолазам вернуться и помочь нам.
— Уриск сказал, у них есть свои дороги поверху, — промолвила Кейтри, проводя пальцем по уходящему в глубь леса канату. — По-моему, это как раз начало одной из таких дорог, а еще одна идет от платформы чуть ниже.
Тахгил отцепила толстый канат, завязанный на свободном конце массивным узлом.
— Снаряжение Древолазов имеет вполне определенное назначение, — сказала она, рассмотрев узел. — Просто и эффективно. Вот это известно мне под названием «летучая собака». У Придери тоже такая была. Вела от его балкона к основанию холма. Когда я была маленькой, он разрешал мне кататься на ней, а я воображала, что летаю — отца бы удар хватил, узнай он только. — Она дернула за веревку. — Закреплено надежно. Глядите, а вот так вот веревку с узлом можно вернуть в исходное положение, после того как благополучно приземлишься на другой стороне.
— Да, но где эта самая «другая сторона»? — засомневалась Кейтри.
— Есть только один способ узнать. — Тахгил последний раз дернула за канат. — Я пойду первой. Если все будет хорошо, привяжу к веревке какой-нибудь знак — ну например, пучок сухого тимьяна, раз уж я с ним так сроднилась. Эта вот возвратная бечевка должна сопровождать основную. Очень важно, чтобы она свободно разворачивалась, когда я прыгну, а потом, когда канат будет возвращен, аккуратно смоталась — не то ничего не выйдет. Если вдруг возвратная бечевка застопорится и летучая собака резко остановится посередине, пассажир сорвется. Тут нет никакой петли безопасности.
— Но вы ведь не станете прыгать отсюда на этакой ненадежной штуковине! — вскричала Вивиана.
— Не трусь, Виа, — ободряюще сказала Тахгил. — Ничего другого нам не остается.
— Вечно одно и то же, — простонала фрейлина. — У нас нет выбора. Ну неужели мы просто щепки в потоке, швыряющем нас из стороны в сторону по прихоти обстоятельств, на которые мы и повлиять-то никак не можем? По-моему, госпожа моя, до сих пор единственный выбор, что я сделала, состоял в решении сопровождать вас, да и его в сущности выбором не назовешь, потому как иначе поступить мне бы совесть не позволила.
