Битва вечной ночи полностью

Тахгил мысленно перенеслась на много дней назад, на рынок в Жильварисе Тарве — когда ее звали Имриен и у нее был полный кошелек золота.

— Целый пони за лошадку! — выкрикнула Ройзин. Все расхохотались. Один лишь мельник спросил:

— Это не шутка?

— Нет.

Имриен принялась рыться в кошельке.

— Ты что? Совсем спятила? — зашипела Муирна. «Нет. Пожалуйста, покажи ему деньги». Охотников поторговаться больше не нашлось. Толпарасступилась, пялясь в изумлении на диковинную монету. Настоящий золотой, без дураков! Чудо едва ли не почище водяного коня.

Памятуя о том, сколько в толпе головорезов и карманных воришек, мельник Багор позаботился, чтобы зеваки не успели насладиться зрелищем. Куснул монету, спрятал ее в карман, сунул веревку в руки Ройзин и был таков.

На этом сделка завершилась, и праздное внимание зрителей переключилось на новую обладательницу найгеля. Толпа забрасывала женщин вопросами и советами.

Имриен шагнула к напуганному существу и развязала петлю. Все вокруг замерли от ужаса. А потом бросились врассыпную.

— О да, — выдохнула Тахгил. — Теперь я тебя узнаю.

— Тогда знаешь и то, что я в долгу пред тобой, — сказал найгель. — Ты оказала мне большую услугу.

— Вы ничего не должны мне, сэр.

Тут в разговор вмешался уриск:

— Не спеши отвергать услуги того, кто пред тобой в долгу, госпожа. От службы колдовских созданий так просто не отказываются.

— Найгели — самые безобидные водяные кони из всех, О ком я слыхала, ближе всех к явным, однако очень уж любят шутить над людьми злые шутки, — отозвалась она.

— Истинно так, — согласился уриск, — но и они бывают отважны, решительны и честны.

Вивиана с Кейтри тряслись в объятиях друг друга под старой сливой. Тахгил глядела на уриска, ничуть не убежденная его словами. В ночном свете его непривычная взгляду фигура вырисовывалась слабо и нечетко.

Тот ли это уриск, что помог нам раньше? Их так трудно отличить друг от друга.

— Ты уриск Каррахана?

— Безусловно. Вы обижаете меня вопросом, мадам.

— Прости, если оскорбила. В темноте я вижу не так хорошо, как ты. Но это и правда ты?

— Я.

— А как ты сюда попал?

— Дорогой Нежити, а как же иначе? И дорога эта оказалась почти позаброшена — за все время я встретил только Двоих. Первый — сам Глэшен.

— Глэшен? — Тахгил вроде бы припоминала имя. — Не тот ли это милый водяной конь, который гораздо опаснее любого найгеля? Я с ним встречалась — однажды.

Она вздрогнула, вспомнив хижину в Долине Роз. Благодарение судьбе, что в ту встречу золото моих волос было спрятано под талтри.

— Не Глейстина, госпожа, а Глэшена, хобгоблина. И он кое-что рассказал мне — то, что, возможно, и вам будет интересно узнать.

— Что он сказал? — спросила Тахгил, мгновенно забывая дурные предчувствия касательно найгеля.

— «Ищу одну девчонку с желтыми перышками», — так неучтиво сказал Глэшен, — невнятно ответил уриск. — «И зачем?» — спросил я. «Отвести ее к лорду Хуону, — сказал Глэшен, — и лорду Итч Уизже». «Выслеживай лучше кого другого», — сказал я и пошел себе дальше. Встречаю этого вот найгеля. Он мне учтиво так — я, мол, ищу девушку с желтыми волосами. А я ему — а зачем? Я-то ведь не стану помогать тем, кто потащит вас к такому, как Хуон и его прихвостни.

Тут уриск поклонился Вивиане — которая как раз и высветлила волосы. Фрейлина ответила ему пустым, ничего не выражающим взглядом.

— Ну а этот славный водяной конь, — продолжил уриск, — мне и расскажи о своем долге. А я ему — идем со мной, ежели будет нам чуточку удачи, желтоволоска твоя и ее сестры придут в Талам Мейт, край, что люди зовут Циннарином.

Он немного помолчал, чему-то хмурясь.

— Но, вижу я, ты, найгель, искал девушку вовсе не с жёлтыми волосами, а с темными.

— Как вы узнали меня, сэр? — быстро спросила Тахгил у водяного духа.

— Да сперва-то и не узнал, — отвечал тот. — Потому как волосы у тебя стали другими. А как подобрался поближе, учуял твой запах, да и манеры, движения у тебя прежние. Там, в городе, я тебя отлично разглядел, уж не сомневайся.

Тахгил сложила руки на груди и взволнованно зашагала по поляне.