В этот день наша эскадрилья вылетала на перехват еще два раза. Но пострелять по противнику в тех вылетах мы так и не смогли. В первом случае вражеский налет отбили без нашего участия. Мы туда просто не успели добраться, как немцы сбросили бомбы в Ла-Манш, так и не долетев до Британии, и стремительно удрали. Во втором случае мы опять не успели перехватить группу вражеских самолетов. Эти летучие нацисты успели отбомбиться по цели на южном побережье Великобритании. После чего быстренько смылись домой. А мы их догнать не смогли. И больше 4 сентября мы не летали. Хочу подчеркнуть такой любопытный факт. Во всех этих вылетах сегодня люфтваффе использовали только «Мессершмитты Bf-110» с подвешенными бомбами. Вот об этом я и говорил. Из «церштереров» вышли хорошие легкие бомбардировщики. Скоростные и более маневренные, чем классические бомбардировщики, используемые Германией. Они могли быстро подойти к цели, сбросить бомбы и так же быстро уйти. Однако в таком качестве их использовали редко. Люфтваффе эти самолеты почему-то по-прежнему пытались использовать в качестве истребителей.
Утро 5 сентября началось с традиционного налета вражеских самолетов на многострадальную авиабазу Биггин-Хилл. Что люфтваффе там бомбили? Для меня это так и осталось загадкой. Никаких британских самолетов или солдат там не было к тому моменту. И немцы тупо тратили боезапас, швыряя бомбы по пустым руинам. Впрочем, нам такой просчет немецкой разведки был на руку. Мы вместе со «Спитфайрами» 74-й эскадрильи смогли подловить вражеские бомбардировщики уже на отходе от Биггин-Хилла. Сегодня для разнообразия немцы пустили в бой не только «Мессершмитты Bf-110», шалившие накануне. Нашими противниками в этом воздушном бою стали три десятка «Юнкерсов Ju-88» и двадцать три «Мессершмитта Bf-109». 74-я эскадрилья отвлекла «мессеры» на себя. А мы ударили по вражеским бомбардировщикам.
Двухмоторный «Юнкерс» в пятнистом зелено-сером камуфляже быстро растет в моем прицеле. Ближе, еще ближе. Пора! Нажимаю на гашетки, посылая в сторону неуклюжего немецкого самолета дымные пушечные трассы с росчерками трассирующих пуль. Кучно легло. С такой дистанции я не промахиваюсь. Точнее говоря, промахиваюсь (я же не бог), но редко. Очень редко. Тем более что эта большая мишень даже не маневрирует, а летит по прямой, надеясь на свои оборонительные турели. Зря надеется. Пулеметы этого «Юнкерса» меня достать не смогут. Я для них сейчас нахожусь в непростреливаемой мертвой зоне. И я это прекрасно знаю. И работаю без нервотрепки, как в тире. Ух! Правый мотор «Юнкерса» ярко вспыхивает, а кабина пилотов разлетается вдребезги. Мастерство не пропьешь, однако! Один готов! Быстро проскакиваю выше обреченного бомбардировщика нацистов. И, проносясь над строем пятнистых немецких бомбовозов, успеваю поджечь еще один Ju-88. Чисто сработано! Второй готов! Тоже летит прямо в ад! Внезапно рядом с кабиной проносятся огненные росчерки трассеров. Это бортстрелок соседнего бомбардировщика «джерри» пытается меня достать. Чертыхаюсь и резко ухожу на вертикаль, сбивая прицел вражеским стрелкам.
Фух! Ушел, кажется. Быстро осматриваюсь по сторонам. Так, так! Мой испанский ведомый, вот он рядом. Висит за моим хвостом как приклеенный. Пока у меня нареканий к нему нет. Родриго Бельтран показал себя довольно опытным пилотом. Правда, со стрельбой у него не все в порядке. Часто мажет парнишка. Но такой недостаток здесь имеется у многих военных летчиков. А иначе тут бы в каждом воздушном бою самолеты пачками сбивали. А так сойдутся несколько десятков крылатых машин. Покружатся в небе. Постреляют друг в дружку. А в итоге – от одного до трех сбитых. И это за весь бой. Потому что стреляют пилоты не очень хорошо. Особенно мало потерь бывает, если сражаются истребители с истребителями. Попасть в быстро маневрирующий самолет очень непросто. Тем более, когда ты сам должен управлять своим самолетом. Поэтому даже если здешние летчики и могут очень неплохо пилотировать свои истребители, то стреляют они отвратительно. Нет, те что поопытнее, сбившие десять и более самолетов противника, те могут. Понимают уже на уровне инстинктов, куда надо целиться, чтобы попасть в быстро летящую цель. Думаю, что бывалые охотники меня поймут. По летящим уткам и гусям тоже не сразу начинаешь попадать. Такое умение приходит с опытом. А воздушный бой очень сильно похож на такую охоту. Правда, здесь твоя охотничья добыча сама может тебя подстрелись. Если ты ушами будешь хлопать.
Вот примерно, как сейчас, когда я пролетал над строем немецких бомбардировщиков. Вот там у вражеских бортстрелков были шансы меня сбить. Но я решил рискнуть и проскочить простреливаемое пространство. И сделал это очень быстро, не давая противникам взять меня на прицел. Они по мне там наобум стреляли. Тупо в мою сторону шмаляли. Это настоящая лотерея. И я в ней выиграл на этот раз. Немцы в меня не смогли попасть.
