19 июля в директиве ОКВ приоритет был отдан захвату Ленинграда (операция «Фойерцаубер» (Волшебный огонь), позднее переименованная в «Нордлихт» (Северное сияние)). Командующий группой армий фельдмаршал Кюхлер счел возможным провести операцию в начале сентября. Ее план предусматривал более плотное окружение города. Для этого требовалось 10 пехотных и 2 танковые дивизии, а группа армий могла выделить только 3 пехотные дивизии, включая 252-ю испанскую голубую дивизию. Гитлер пообещал Кюхлеру 5 дивизий вместе со штабом 11-й армии, хотя их было бы целесообразней использовать на Кавказе, а не вести за 2000 км под Ленинград, а также тяжелую и сверхтяжелую артиллерию76. В итоге взятие Ленинграда не состоялось из-за контрнаступления Волховского фронта в сентябре. Войска, подчинявшиеся штабу 11-й армии Манштейна, это контрнаступление отразили, захватив к началу октября не менее 12 000 пленных, но и сами потеряли около 26 000 убитыми и ранеными, что исключило проведение операции «Нордлихт»77. Если бы не переброска к Ленинграду дивизий 11-й германской армии, советским войскам, скорее всего, удалось бы прорвать ленинградскую блокаду еще в сентябре – октябре 1942 года. Однако, если бы 5 германских дивизий 11-й армии остались бы на южном крыле советско-германского фронта, они могли бы способствовать как новым успехам на Кавказе, так и предотвращению сталинградского окружения, что в тот момент было гораздо важнее, чем сохранение блокады Ленинграда.
21 июля Ставка ВГК потребовала от командования Северо-Кавказского и Южного фронтов «под личную ответственность тов. Буденного и тов. Малиновского принять все необходимые меры для того, чтобы ни в коем случае не допустить немцев на южный берег р. Дон»78. Но этот приказ уже невозможно было выполнить.
