Южнее Краснодара наша кавалерийская часть при поддержке танков отбила атаку противника и, перейдя в контратаку, заняла населенный пункт. На поле боя осталось до 200 трупов немецких солдат и офицеров. В горном проходе уничтожен отряд немецких автоматчиков. На другом участке наши минометчики произвели огневой налет на скопление противника и уничтожили восемь автомашин, три орудия и более 100 гитлеровцев.
Немцам ценой больших потерь удалось занять несколько высот и два населенных пункта. Подвижные группы наших бойцов контратаковали противника и восстановили первоначальное положение. В результате этого боя уничтожено шесть танков, 15 автомашин и до роты пехоты противника. На другом участке советские войска под давлением численно превосходящих сил противника отошли на новые позиции.
Вот как вспоминал о начале боев за перевалы участник тех событий А. П. Иванченко: «Пятнадцатого августа полк получил приказ выступать. Поздно вечером мы прошли мимо села Захаровка и остановились на ночлег в долине с редким кустарником. Это был последний наш отдых, а затем двое суток готовились к боям: получали боеприпасы, лошадей, ишаков, вьючные седла для них. Получили сухой паек – по нескольку килограммов сухарей, по 800 граммов селедки и 300 граммов сахара на человека. Нам сказали, что это на десять суток. Уже через несколько суток припасы кончились, и каждый питался тем, что находил в лесу и на полянах.
Но еще хуже пришлось нам, когда взошли на лед. Дышать тяжело – воздух разреженный, холодно, голодно. Ноги у всех потертые. Английских хваленых ботинок с толстыми подошвами едва хватило на этот переход: кожа подошв была гнилой, как пробка, и разваливалась на глазах. Многие из нас остались в одних портянках, так как снабжение в те первые дни еще не было налажено.
Перевал встретил нас сурово. Темно, кругом голые камни, костры не развести, нет и еды. Шинели и пилотки уже не грели. Выставили караул и стали коротать время до утра. На другой день нам повезло: какой-то чабан из местных жителей, фамилии его сейчас не помню, пригнал к нам отару овец, которую ему чудом удалось спасти от немцев. Он сказал, что при этом погибли три его товарища. Нам выдали по килограмму или полтора баранины. Варить или жарить было негде, ели сырое мясо. Утром первого сентября мы пошли за перевал».
2 сентября
Войска 1-й танковой армии противника форсировали Терек южнее Моздока и вклинились в оборону советских войск на глубину до 12 километров. 3 сентября войска 9-й армии и 11-го гвардейского стрелкового корпуса при поддержке 4-й воздушной армии отбросили противника на моздокском направлении на девять километров к северу. Однако немцы не оставляли надежды прорваться в долину Алхан-Чурт.
Перед 1-й танковой армией Клейста была поставлена задача по захвату Малгобека, а затем Грозного и Баку. За армией Клейста следовало пять тысяч специалистов и квалифицированных рабочих, которые после взятия Малгобека должны были начать эксплуатацию промышленности нефтяных скважин. Генерал Клейст отдал приказ штурмовать Малгобек внезапным ударом, чтобы нефтепромыслы остались целыми, и немедленно организовать добычу нефти, столь необходимую фашистской армии. Но их надежды не оправдались. Более двух недель шли упорные бои в районе Малгобека. Город несколько раз переходил из рук в руки, и в итоге был захвачен немцами. Однако они не смогли развить наступление в направлении Грозного и перешли к обороне.
Войска 46-й немецкой пехотной дивизии и 3-й румынской горной дивизии начали форсирование Керченского пролива. Высадке пытались противодействовать береговая артиллерия, подразделения морской пехоты и авиация Черноморского флота.
Вышедшие из Новороссийска в южную часть Керченского пролива торпедные катера не нашли десантные суда, так как противник действовал в северной части пролива.
Газета «Правда» публикует материал «Северный Кавказ»:
Сейчас внимание нашего народа, народов всего мира обращено к Северному Кавказу. Грозовые тучи нависли над его снеговыми горами и предгорьями, над ущельями и долинами, над бескрайними степями. Кровью окрашены воды быстрой Кубани. Дым пожарищ вздымается над станицами и аулами. Гитлеровские разбойники ворвались на просторы Северного Кавказа. Они рвутся к горам. Немецко-фашистские бандиты опьянены видом золотой кубанской пшеницы, запахом грозненской нефти. Как коричневая саранча, они опустошают нивы…
Враг не знает, что Кавказ был всегда страной сильных и смелых народов, что здесь в борьбе за независимость народы рождали бесстрашных борцов, джигитов, что трусость слыла здесь самым позорным преступлением. Здесь, у подножия гор, воспитывались поколения советских людей с львиным сердцем, с орлиными очами. Никогда не станут рабами гордые народы Северного Кавказа.
3 сентября
