Битва за хлеб. От продразверстки до коллективизации полностью

Об обстановке, в которой все это происходило, догадаться нетрудно. Вот только одно сообщение ОГПУ:

Из сводки ИНФО ОГПУ по Украине. 1 февраля 1930 года.

Криворожский округ. В с. Глиняное Долинского района при изъятии имущества у кулака Зилевского последний ударил уполномоченного Тонкошурова в висок. Уполномоченный выстрелом из револьвера убил кулака…

Николаевский округ. В Баштанском районе при возвращении с районного совещания между селами Константиновской и Пески были обстреляны кулаками из охотничьих ружей несколько председателей СОЗов; один из председателей ранен в голову.

Харьковский округ. 21 января общим собранием крестьян с. Федоровки было постановлено раскулачить 12 кулацких хозяйств. На второй день толпа крестьян в 400 чел., преимущественно бедняков и середняков, с красными флагами под руководством уполномоченного РИКа, председателя и членов сельсовета и СОЗа направились к намеченным кулацким хозяйствам.

Подойдя к хатам кулаков, крестьяне врывались в хаты и растаскивали имущество первых, сгоняя их в одно помещение. Во время операции один из членов СОЗа заставил раскулачиваемого сбросить с себя хороший кожух, шапку и тут же надел все на себя. Кулакам было объявлено, что в течение трех дней они могут выехать, кто куда хотят.

Председатель РИКа, пытавшийся придать раскулачиванию организованный характер, ничего не мог сделать, ввиду крайнего возбуждения крестьян.[281]

Бывало все что угодно: и женщин с детьми выбрасывали среди ночи из домов на мороз, и мародерствовали, и записывали в списки всех, кто не нравился начальству… Отовсюду шли донесения, что на станции, поперек всех постановлений, привозят людей без теплой одежды, без продовольствия, стариков на костылях, женщин с маленькими детьми. Что поделать, другого народа в Советском Союзе не было, уж какой был, такой был. Беднота намеревалась рассчитаться не только с кулаками, но с каждым «справным хозяином», который смотрел на нее, как на грязь под ногами; каждый партиец с наганом считал себя властью, имеющей право карать и миловать; да и возможность по дешевке получить хорошие вещи была жутким соблазном для тех, кто по вечерам при лучине клал десятую заплату на рваные валенки. Детишек пожалеть? А наших по весне, в голод жалели?

О судьбе раскулаченных кулаков не задумывались. Пусть идут на все четыре стороны. Они и шли – женщины и дети по родственникам, мужчины – в банды. Или в города, что тоже властям не нравилось, поскольку аварийность на заводах и стройках была и без того высокая, и чего там мучительно не хватало – так это диверсий. А видя такое дело, и остальные кулаки, что поумнее, распродавали хозяйства, а то и уничтожали, и подавались в города, благо работа там теперь была, а деньги спрятать проще, чем зерно или коров. Деньги же у кулаков, всерьез игравших на продовольственном рынке (именно такие и подхватились первыми), были, и немаленькие.

А вот интересно: куда пошли потом эти деньги?

Но вернемся к раскулачиванию. В конце января процесс дошел наконец до Москвы (то есть обсуждали-то тему весь январь, но решение приняли 30 числа), и родилось знаменитое постановление.

Из постановления Политбюро ЦК ВКП(б) «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации». 30 января 1930 года: