Мохандасу пока не удалось создать ген, пригодный для проведения терапии, но он не оставлял попыток. Помимо профилактического приема больших доз меланжи, которая блокировала действие ретровируса, превращавшее гормоны организма в токсическое соединение X, единственным отчасти эффективным методом лечения была специализированная фильтрация крови с помощью модифицированного аппарата для гемодиализа. Подобно своему предшественнику, этот ретровирус тоже поселялся в печени, но медленный диализ оказался недостаточно эффективным — он удалял токсические вещества из крови не так быстро, как они образовывались в пораженной печени.
Глядя друг на друга, они обсуждали свойства пробных вакцин. В одном из флаконов содержалась густая синяя жидкость, напоминающая цветом глаза пристрастного к меланже человека. Мохандас с нескрываемым желанием смотрел на Ракеллу сквозь стекла защитной маски. Ему так много хотелось ей сказать.
— Ты сама принимаешь достаточно меланжи? С Кольгара только что прибыл очередной груз пряности.
— Да, но меланжа не гарантирует иммунитета и невосприимчивости, как тебе и самому хорошо известно. Но я принимаю и иные меры предосторожности.
Ее слова не убедили Мохандаса.
— Ты не отдаешь свою порцию меланжи больным?
— Мне вполне хватает того, что я принимаю, Мохандас. — Она прижала к груди ящик с флаконами. — Мне надо поработать с этим. Надо определить, кто из больных больше всех нуждается влечении.
В течение многих дней, тщательно регистрируя результаты, Ракелла вводила пробные вакцины больным с помощью Норти Вандего и не заболевшей Колдуньи Кари Маркес. Это казалось ужасной иронией судьбы, но самые могущественные из Колдуний были наиболее восприимчивыми к заболеванию. Они болели чаще, чем обычное население Россака.
Работая, Ракелла не раз замечала поблизости странного мальчика, который с большим любопытством смотрел на труд врачей своими коровьими ласковыми глазами. Мальчик предпочитал держаться от Ракеллы на расстоянии. Она видела его и раньше, отметив, как старательно он моет палаты и носит еду больным, а также материалы медикам. Мальчик всегда был несуетлив и спокоен.
Ракелла знала, что нездоровый климат и вредная окружающая среда Россака являются причиной множества врожденных дефектов, деформаций и отставания умственного развития различной степени. Особенно это касалось мужской части населения. Кари заметила, что Ракелла заинтересовалась тихим и любопытным молодым человеком.
— Это Джиммак Теро — один из сыновей Тиции, — хотя, конечно, она не признала его, считая своей откровенной неудачей. Она говорит, что он обычный выродок и его место среди них.
Молодой человек, заметив, что Ракелла смотрит в его сторону, зарделся от смущения и поспешно скрылся. Врач взволнованно и порывисто вздохнула.
— Удивительно, что она не убила мальчика сразу после рождения. Оказывается, даже у Тиции Ценвы есть сердце.
С кривой усмешкой Кари ответила:
— Мне думается, у нее были иные причины.
Ракелла рукой поманила к себе Джиммака. Он подошел, и она ласково обратилась к нему:
— Подойди ближе, Джиммак. Возможно, мне понадобится твоя помощь.
Он боязливо приблизился, глядя на нее испытующим взглядом круглых глаз. Он был в восторге, что его попросили о помощи.
— Что вам нужно, госпожа доктор? — В произношении мальчика можно было уловить некоторые дефекты.
— Госпожа доктор? — Ракелла улыбнулась и постаралась прикинуть его возраст. Пятнадцать или шестнадцать, подумала она. — Ты не мог бы принести нам немного питьевой воды из стерилизатора? Мы с Норти так много работаем, что по многу часов забываем о питье.
Он же все время нервно оглядывался, словно постоянно боялся, что делает что-то не так.
— Вы не хотите поесть? Я могу принести еды из джунглей. Я знаю, где ее найти.
— Пока принеси, пожалуйста, только воды. А потом, может быть, мы попросим и еду. — Она сразу увидела, какую радость доставляют ему ее просьбы.
После введения пробных вакцин Ракелла регулярно брала анализы, чтобы убедиться в эффективности лечения, но результаты и на этот раз оказались обескураживающими. Ни одна из вакцин, предложенных доктором Суком, не оказывала ожидаемого мощного воздействия.
Многие больные были присоединены шлангами к сложным аппаратам гемодиализа. Насосы откачивали из их вен кровь, прокачивали ее через аппарат, очищали от субстанции X и возвращали в систему кровообращения. Но инфицированная печень продолжала производить смертельно опасное вещество, и через несколько часов больные уже снова нуждались в следующем сеансе фильтрации и диализа. Машин для диализа очень не хватало.
Ракелла заметила, что между койками ходит Тиция Ценва, хватает ленты с регистрируемыми данными, поверхностно просматривает их и идет дальше, изредка обмениваясь отрывистыми словами с двумя Колдуньями, шедшими вслед за ней. Она была раздражена и с трудом скрывала страх.
Тиция обратилась к Ракелле вызывающим тоном:
— Ваша медицина ничуть не лучше молитв культистов. Все это напрасные усилия.
