- Перестань пугать ее, Джулс, мало что ли девочка натерпелась? – обрывает ее Джон на полуслове. – Не волнуйся, Полли, ты скоро будешь рядом с Кириллом. Вы уедете куда-нибудь далеко, и все будет хорошо, - неуклюже говоря по-русски, подбадривает меня новый знакомый. - Мы ведь поможем им сбежать, правда, Джулс?
Джулия лишь хмыкает в ответ и упрямо смотрит на дорогу. Поверить не могу, что все закончилось. И уже совсем скоро я увижу Кирилла. Вместе мы обязательно что-нибудь придумаем и весь этот кошмар, наконец, забудется.
* assholes – в переводе с англ. «придурки, сволочи».
Глава 19.
Приятное тепло от принятого только что душа разливается по телу и, укутавшись в мягкий плед, я сажусь на кресло. Ожидая Кирилла, я, без особого интереса, наблюдаю за мелькающими лицами в телевизоре. Чувство безопасности… Оно не появилось, несмотря на то, что я нахожусь в отеле, за сотню километров от того жуткого места, где меня держали похитители, а в соседнем номере поселился Джон. Скорее бы приехал Кирилл, и мы улетим отсюда. Стук в дверь выводит меня из собственных мыслей.
- Привет!
- Здравствуй, - разочарованно протягиваю я, видя, что передо мной стоит Джон.
- Кирилл звонил, он ждет тебя внизу.
- Внизу? Он не поднимется? – удивленно вскидываю я брови.
- Думаю, нет. Собирайся, я провожу тебя.
Наспех одевшись и натянув шапку на все еще мокрые волосы, я пытаюсь втиснуть свои ноги в оставленные Джулией кроссовки. Я нетерпеливо притопываю ногой, пока лифт мчит нас в холл отеля и, почти набегу, вылетаю на улицу.
Кирилл стоит, опираясь на машину, скрестив ноги. Не в силах говорить от захлестнувших меня чувств радости, я кидаюсь ему в объятия.
- Наконец-то, Господи, - шепчу я, не сдерживая слезы. – Не могу поверить, что ты здесь. Я так испугалась! Я думала, что больше никогда…
- С тобой все нормально? – спрашивает он, отстранившись от меня.
- Нормально? – непонимающе переспрашиваю я. И только сейчас замечаю изменения в его поведении: лицо не выражает абсолютно никаких эмоций, зубы крепко стиснуты, руки держат меня на расстоянии. Со мной он таким никогда не был.
- Физически ты цела? – бесстрастно уточняет Кирилл.
- Да, - киваю я, непонимающе смотря на него. – Ты ч-что не рад меня видеть?
Кирилл смотрит в сторону, потирая губы и подбородок, будто собираясь с мыслями.
- Ты не нужна мне! – выпаливает он тоном, не терпящим возражений.
- Ч-что? – неуверенно переспрашиваю я, но уже понимаю, что не ослышалась.
- Ты. Мне. Не. Нужна! – повторяет он еще более безразличным голосом, чеканя каждое слово. – Я не люблю тебя. И, думаю, что никогда не любил.
- К-как это м-может быть п-правдой? – комок горьких слез застрял в горле и не дает говорить четко, но я не могу так просто отпустить его. Не могу!
- Вот так, - просто отвечает он, небрежно пожимая плечами. – Ты же всегда знала, какой я. Чему тут удивляться.
На последней фразе он издает смешок. Кривая улыбка на его лице окончательно добила меня. Не в силах вымолвить и слова от давящего в груди отчаяния, я лишь протягиваю руку, пытаясь коснуться Кирилла. Он резко отходит в сторону, даже не смотря на меня.
- Эт-то все из-за к-контракта? Они з-заставили тебя? – в последней попытке остановить его спрашиваю я.
- Нет. И, чтобы ты знала – на мое решение о подписании контракта никак не повлияло то маленькое представление, что они устроили.
Представление? Поверить не могу… То, что я пережила, для него всего лишь «представление»!
- Тебе не нужно было упираться, потому что я сам хотел этот контракт. Не пытайся меня найти. Я больше не хочу тебя видеть. Живи своей жизнью. Да, и не ходи в полицию.
С этими словами Кирилл направляется к машине. Через несколько секунд он садится за руль своего мерседеса, так ни разу и не обернувшись. Не понимая, что происходит, я беспомощно остаюсь стоять у отеля.
***
После месяца жуткого затворничества, нескольких литров алкоголя и сотни часов беспробудного сна я, наконец, начинаю приходить в себя, но все еще отказываюсь верить в его слова. Несколько раз я предпринимала попытки найти Кирилла. Но связаться ни с кем, кто его когда-либо знал или кого когда-либо знала я из его знакомых, мне не удалось.
- И что ты собираешься делать? – спрашивает Лида, которая, безумно беспокоясь, решила провести у меня выходные.
- Не знаю, - рассеяно отвечаю я. – Просто жить дальше. Что еще мне остается?
- Вот и правильно! Ты молодец, подруга! Я знала, что ты возьмешь себя в руки! - одобрительно хлопает она меня по руке. Комок тошноты снова подкатывает к горлу.
- Третий день уже тебя рвет! Может пора показаться врачу? – Лида идет за мной в ванную.
- Нет, ничего страшного. Это последствия алкоголя, - я пытаюсь выдавить из себя некое подобие улыбки, чтобы унять тревогу подруги. Но, судя по серьезному выражению ее лица, я понимаю, что не очень-то удачно.
- И все-таки сходи к врачу, - советует она и идет в комнату.
***
