— Как на чужаков и зачастую весьма недружелюбно. «Знайте, что мужик — наш враг. Запомните это!» — говорила дворянской молодежи княгиня П. Трубецкая (урожденная Оболенская). И таких Трубецких-Оболенских было в России немало.
В глазах народа абсолютен был только авторитет царя и царской власти. Без имени царя правящий режим становился чужим для большинства русских людей. Очень хорошо сумели использовать это настроение большевики. Без активной поддержки всех антирусских сил большевистский режим пал бы через несколько дней. Именно при большевиках уничтожается все национально мыслящее, а само национальное сознание относится к разряду самых опасных государственных преступлений. С большевиками сотрудничали интеллигенция, военспецы, чиновники, которые предали национальные интересы своей Родины. И, как ни странно, основная часть образованного общества с приходом большевиков к власти стала сознательным и активным проводником их кровавой политики.
—
— А перед этим взяло верх чужебесие, которое помутило умы русской интеллигенции, отпавшей от своего народа, и некоторой части дворянства. Сползанию в пропасть способствовала Первая мировая война.
—
— Его сменил террор, страшный по своему размаху. За 1918—1955 годы не своей смертью от массовых репрессий, голода, эпидемий, войн умерло 87 миллионов человек (в том числе 70 миллионов русских, включая белорусов и малороссов). Более
половины из них погибло в результате репрессий в местах заключения и ссылках. Практически полностью были уничтожены священнослужители и национальная русская интеллигенция. Но и это еще не полная сумма человеческих потерь. Если к числу людей, умерших не своей смертью, покинувших Родину после 1917 года, прибавить детей, которые у них могли бы родиться, то общий ущерб составит 156 миллионов человек (это численность населения Англии, Франции, ФРГ, вместе взятых). Таким образом, при иных обстоятельствах в нашей стране могло бы жить не 280 миллионов, как в середине семидесятых, а не менее 400— 430 миллионов человек. Погибла генетически лучшая часть населения — главные творцы материальной и духовной культуры страны, носители лучших трудовых традиций и идеалов.
Сколько уничтожено культурных ценностей! По самым заниженным подсчетам, погибло или превратилось в руины 25— 30 тысяч церквей и соборов, около 500 монастырей, не менее 50 тысяч ценных городских зданий (палат, особняков), около двух тысяч усадеб. Уничтожены сотни тысяч предметов прикладного искусства, десятки тысяч художественных живописных произведений, фресок, росписей, не менее 20 миллионов икон. А сколько вывезено из страны национальных сокровищ!..
Если восстановить все, что было убито, погублено, изгнано, сожжено, сломано, разрушено, разграблено, то рядом с Россией можно было бы создать страну с народом, по численности равным населению Западной Европы. Страну, духовно-нравственный и культурный потенциал которой был бы неизмеримо выше того, что мы у себя сегодня имеем. Такова трагедия России, а вместе с ней и всей русской цивилизации.
Тогда, на пороге революции семнадцатого, России требовались реформы. И если быть до конца честными, требуются они и сейчас. Но реформы не космополитические, не западнические, не оторванные от русской жизни, а основанные на традициях и обычаях нашего народа, его менталитете, духовных ценностях. Чем раньше это осознают в верхах, тем быстрее начнется возрождение России.
[* Беседа с корреспондентом газеты «Подмосковные известия» Юрием Сазоновым.]
