«По приказу Верховного командования советские войска оставили Севастополь», – сообщила «Правда» 4 июля 1942 года. На самом деле в тот день Приморская армия еще держала оборону на полуострове Херсонес, надеясь на помощь Черноморского флота. Но помощь не пришла. Из осажденного Севастополя был эвакуирован лишь высший военно-политический состав (в общей сложности 1726 человек), а более 120 тысяч бойцов (треть из них – раненые) обречены на смерть или плен… Почему пал город-крепость? По чьей вине восьмимесячная Севастопольская страда завершилась кровавой катастрофой, а закаленные в боях дивизии были брошены на произвол судьбы? Почему массовый героизм и самоотверженность наших войск не спасли город русской воинской славы? И был ли шанс отстоять Крым? Отвечая на самые горькие и болезненные вопросы, эта книга подробно, по дням и часам, восстанавливает трагическую историю последнего штурма Севастополя.
Севастополь, находящийся на берегах бухт, удобных для размещения боевых кораблей, к началу войны был главной базой Черноморского флота. К лету 1942 г., несмотря на захват Германией значительной части территории Советского Союза, он не утратил своего стратегического значения.
Основной структурой, на плечах которой лежала задача организации управления войсками, оборонявшими город, был Севастопольский оборонительный район. Он был образован 3 ноября 1941 г. приказом командующего войсками Крыма вице-адмирала Г.И. Левченко с целью налаживания взаимодействия между сухопутными войсками, береговой обороной главной базы, авиацией и Черноморским флотом. В первые дни его возглавлял генерал-майор И.Е. Петров, но его власть распространялась только на сухопутные войска, береговую оборону и авиацию, дислоцировавшиеся в Севастополе. Главная база Черноморского флота и сам флот ему не подчинялись.
Решением Ставки Верховного Главнокомандования от 7 ноября 1941 г. руководство СОРом было реорганизовано. Во главе его был поставлен командующий Черноморским флотом вице-адмирал Ф.С. Октябрьский. Ему в подчинение перешли Отдельная приморская армия (командующий – генерал-майор И.Е. Петров), и береговая оборона главной базы (комендант – генерал-майор П.А. Моргунов). Генерал И.Е. Петров одновременно назначался заместителем командующего СОРом по сухопутной обороне[1]. Такая система управления войсками сохранилась к началу лета 1942 г.
Подобная система организации обороны Севастополя была хороша как временная, но к весне 1942 г. она стала создавать сложности, прежде всего в командовании флотом. Как отмечал народный комиссар ВМФ адмирал Н.Г. Кузнецов, изменившаяся обстановка, в частности оживление на морских коммуникациях, связывавших кавказские порты с крымскими, требовала нахождения Военного совета флота с флагманским командным пунктом на кавказском побережье, о чем он сделал соответствующий доклад И.В. Сталину, предложив на должность командующего СОРом генерала С.И. Кабанова, уже имевшего богатый опыт по организации обороны приморских участков. Но И.В. Сталин определенного ответа не дал.
Тогда, во время своей командировки на Кавказ в апреле 1942 г., адмирал Н.Г. Кузнецов решил переговорить по этому вопросу непосредственно с самим Ф.С. Октябрьским. Тот, обдумав, высказался категорически против. При этом он направил ответ не наркому, а сразу на имя Верховного главнокомандующего И.В. Сталина.
По этому поводу Н.Г. Кузнецов записал следующее: «Я был удивлен, помня, как упрямо он настаивал на переносе своего ФКП[2] на Кавказ, когда обстановка требовала пребывания Военсовета флота в Севастополе и непосредственного руководства обороной. Теперь же, когда ожидалось наступление из Севастополя на Симферополь, что лучше всего мог сделать сухопутный начальник, такой, как генерал И.Е. Петров, Ф.С. Октябрьский категорически и, я бы сказал, с обидой высказался за оставление его в Севастополе. Вскоре это отозвалось, когда в конце июня 1942 г. пришлось оставлять Севастополь, а Военсовету вылететь на Кавказ»[3].
Видимо, здесь следует согласиться с мнением М.Э. Морозова, который считал, что весной 1942 г., когда речь шла об освобождении Крыма от немецкой оккупации, командующему флотом было выгоднее находиться в Севастополе, выступая в роли бессменного защитника черноморской твердыни, надеясь в ближайшем будущем стать освободителем полуострова[4].
Сохранялись сложности в управлении обороной самой главной базы. Специфику сложившейся к лету 1942 г. системы весьма точно обрисовал В.С. Лисютин. По его мнению, ее базовым элементом было стремление командиров и начальников управлять войсками лично, без своего штаба. «Штаб – орган управления. Начальник штаба отвечает за организацию управления. К нему стекается информация об обстановке со всех соединений и органов управления флота. Ему подчинена оперативная дежурная служба флота. Он держит руку на пульсе событий на флоте. А командующему флотом докладывает только то, что требует его компетенции, его решений. В обороне Севастополя у командующего такого штаба не было. Была оперативная группа штаба, весьма ограниченная по своему количеству… Оставшийся в Севастополе зам. начальника штаба флота Васильев к оперативным вопросам касательства не имел. Поэтому вся лавина информации по обстановке, идущая от командующего Приморской армией, командующего ВВС, командиров соединений и оперативного дежурного КП флота, обрушивалась непосредственно на командующего флотом. Это часто приводило Октябрьского к резкому выражению недовольства, особенно в адрес оперативных дежурных, которые, естественно, были не в состоянии, не вправе срабатывать за начальника штаба. А докладывали они чаще всего о событиях неприятных, из которых в основном и складывалась война…»[5]
