Уилл смущенно поднял взгляд на своего учителя, понимая, насколько плохи его навыки. Холт хмурился, слегка покачивая головой. Положение Уилла усугублялось еще и тем, что Хорас и Ивэнлин выбрали именно этот момент для того, чтобы прийти и посмотреть, как он стреляет.
– Практиковаться? – угрюмо пробурчал Уилл.
Холт утвердительно кивнул:
– Практиковаться.
Когда они пошли собирать выпущенные Уиллом стрелы, Холт обнял парня за плечи:
– Только не считай, что все обстоит слишком плохо. Твоя техника все еще хорошая. Но ведь после того, как ты всю зиму лепил снеговиков в горах, разве ты можешь рассчитывать сохранить прежние навыки?
– Лепил снеговиков? – с возмущением воскликнул Уилл. – Позволь сказать тебе, что жизнь в горах была весьма некомфортной…
Поняв, что Холт попросту подшучивает над ним, Уилл замолчал, однако он должен был признать правоту старого рейнджера. Единственный способ достичь почти инстинктивной точности и нужной скорости стрельбы из лука – а это было главным для любого рейнджера – это непрерывная практика.
Все последующие дни Уилл проводил в тренировках – он целиком посвятил себя решению поставленной задачи: вновь добиться достигнутых ранее результатов. Когда Уиллу удалось вернуть себе прежнюю силу и физическую форму, за его тренировками стали наблюдать и скандианцы, и некоторые рабы – и те и другие относились к нему с уважением. Хотя, конечно, юноша не мог еще похвастаться уровнем владения оружием, достойным настоящего рейнджера.
Ивэнлин и Хорас, похоже, нашли множество других дел, чтобы заполнить ими свои дни: они ездили верхом и совершали пешие прогулки по окрестным лесам, а иногда, взяв небольшой ялик, выходили в залив. Разумеется, они предлагали Уиллу составить им компанию, но он каждый раз отвечал, что должен тренироваться.
Конечно, выпадали дни, когда он мог бы отдохнуть с друзьями. Однако Уилл не позволял себе никакого послабления.
Тренировочные занятия стали еще более интенсивными, когда Эрак принес ножны, в которых находился двухлезвийный нож. Уилл до того, как его и Ивэнлин захватили скандианцы, носил его на поясе. Эрак, как истинный тезавратор[12], подбирал оружие, а сейчас, по его мнению, наступил подходящий момент для того, чтобы вернуть его истинным владельцам. Холт поставил Уилла в известность о том, что скоро ему предстоит пройти испытание и на метание ножа. Собственный опыт уже научил Уилла тому, что многие месяцы без тренировок практически свели на нет все его навыки. Так что он с головой ушел в тренировки. Вскоре жители Холлашолма заговорили об успехах Уилла в метании ножа, а также сахе-ножа[13]. С каждым днем его точность и скорость как в стрельбе из лука, так и в метании ножей возрастали. Уилл начинал обретать ту автоматическую последовательность действий, которую Холт отрабатывал с ним в лесу возле замка Редмонт.
В один из дней Ивэнлин пришла посмотреть на тренировки Уилла. Его охватило неописуемое ликование, когда стрела за стрелой точно поражали мишени.
– Ну, – сказал он как бы мимоходом, выпустив две стрелы по мишеням. – А где же сегодня Хорас?
Уилл был доволен собой, его успехи были несомненны.
Девушка пожала плечами:
– Мне кажется, ты заставил Хораса почувствовать себя виноватым. Он думает, что для него было бы лучше тренироваться с тобой. Сейчас он тренируется со скандианцами.
– Понятно, – усмехнулся Уилл, затем сделал паузу, во время которой выпустил стрелу в самую отдаленную мишень, и стал наблюдать за тем, как стрела плавно летела по дуге перед тем, как пронзить центр круга. – А почему ты не ходила туда, чтобы понаблюдать за ним?
Уилл почувствовал удовлетворение, хотя и слабое, от выбора, сделанного Ивэнлин, – она, в конце концов, пришла посмотреть на его тренировки, а не на тренировки своего постоянного спутника в течение нескольких последних дней. Однако последующие слова девушки развеяли его надежды.
– Я ходила, – ответила она, – долго наблюдала за Хорасом, а потом решила посмотреть, насколько возросло твое мастерство.
– Что ты говоришь? – усмехнулся Уилл. – Ну, ладно. Надеюсь, ты не зря тратишь время.
Ивэнлин подняла на него взгляд. Уилл не смотрел на нее, выпуская одну за другой стрелы в три мишени – одна находилась в пятидесяти метрах, другая – в семидесяти пяти и третья – в ста. Девушка, не заметив иронии в голосе Уилла, решила, что юноша озадачен результатами стрельбы.
– Как тебе это удается? – спросила она.
Уилл остановился и повернулся к ней. В голосе Ивэнлин прозвучал подлинный интерес.
– Ты о чем? – удивился Уилл.
Девушка жестом указала на три мишени:
– Как ты определяешь, насколько поднять лук в зависимости от расстояния до мишени?
Ее вопрос на мгновение смутил юношу. После недолгой паузы он пожал плечами:
– Я просто… чувствую это. – Затем, нахмурившись, постарался подробнее ответить на вопрос: – Все дело в практике. Когда ты делаешь что-то снова и снова, оно становится как бы инстинктивным, по крайней мере, так мне кажется.
