Аврора: А я знаю, кто купил шкатулку. Кажется, мы своими действиями сгенерировали квест. Только что какой-то игрок, наверное, стражник, просто плащ такой же, принёс её нашей героине, а потом довольный ушёл себе восвояси. Скрин делать бесполезно, очень уж далеко сижу, но этой Лоре примерно тридцатник и у неё рыжие волосы.
Цветик: Разработчики будут должны нам за мини ивент.
Аврора: Ребят, она открыла шкатулку и плачет, причём очень сильно. Мне её жалко…
Костяшка: Конечно, плачет. Представила, как муж её поколотит за новости о любовнике.
Цветик: Ну мы же не будем рассказывать, надеюсь, она просто заплатит, и все будут счастливы.
Аврора: Но ведь там не только письма лежали, ещё волосы. Может, в этом причина?
Костяшка: Не грузись по этому поводу, это лишь непись и прописанный сценарий, а нам надо качаться!
Да, тестер прав, игра существует всего пару дней, но наблюдать за такой горькой истерикой, даже осознавая, что это НПС, всё равно неприятно, ведь в какой-то степени я являюсь причиной. Да, если бы я знала, что внутри, то даже бы не притронулась, но только сейчас это бесполезно. Лора всё продолжала реветь без устали, рассевшись на кресле и опустив руки. Больше не могу наблюдать за этим, моё цифровое сердце кровью обливается, лучше бы вообще сюда не приходила. Это что же, карма меня так наказывает? Плохо воровать, плохо, кому я сказала.
Ну, вот опять, вместо расслабляющей игры и удовольствия, какие-то пакости вылезают. Лора всего лишь нип, а поблизости нет игроков, так это что, не просто представление, а настоящие эмоции? Или этот концерт персонально для меня? Не успела развить мысль, как женщина подскочила и через пару секунд пулей вылетела из дома, а за ней трое охранников с криками «госпожа». Я даже растерялась, но тотчас опомнилась и сообщила в чат.
Погоня шла стремительно, у Лоры словно отказали тормоза. Она бежала сломя голову по центральной дороге, а потом принялась петлять по закоулкам. Не знаю почему, но мне стало безумно интересно, куда это она так сорвалась, а потому я просто продолжала следовать по пятам, хоть ранее мы и договорились меняться на определённых участках. Вот только в таком состоянии она вряд ли заметит чёрную кляксу, что волочится за ней.
Цветик: Ребят! Она на кладбище завернула, мне как-то стрёмно идти туда. Ночь всё-таки, вдруг она ведьма?
Костяшка: Хватит драматизировать. Нам надо проследить. Скорее всего, с гробовщиком шуры-муры крутит.
Цветик: Ты в своём уме?
Костяшка: А почему бы и нет? Ты же в ведьму веришь. А ты, Аврора, как думаешь?
Я читала сообщения, но ответить попросту не могла. Лора действительно примчалась на кладбище, но в отличие от догадок друзей, женщина взвыла раненным зверем и припала к могиле, маленькой детской могилке. Она буквально поливала её горькими слезами и билась в истерике, такой настоящей, неподдельной, человеческой истерике. К горлу подступил комок, и я была не в силах отвести взгляд, ощущая всю её боль и отчаяние. Это точно игра? Неужели НПС способны так тонко чувствовать?
Аврора: Я думаю, что шантаж отменяется.
Наш с Костяшкой спор длился уже битый час, а Света всё ещё держала нейтралитет.
— Да пойми же ты, игра это, игра! Если продолжишь вести себя в подобном духе, то никогда не прокачаешься! Это всего-то программный код, согласен, весьма реалистичный, но так и задумано разработчиками, чтобы привлечь побольше народу! Той Амелии и в помине не существовало, с самого начала игры было лишь каменное надгробие, и всё!
— Да я прекрасно понимаю, но игра не отменяет того факта, что ты человек, настоящий, реальный! Сможешь жить, зная, что поступил так жестоко? Причина не в нипах и их эмоциях, причина в нас самих, в наших действиях и поступках, осознание виртуальности — не повод выпускать зверя, опускаться до чудовища! И ты меня не переубедишь, я всё равно верну ей те локоны и записки.
