В стеклянных проёмах холла была замечена дикая буза, мы бросились к дверям, но слишком поздно. Там в угаре тусовался небольшой моб и «скорая помощь» с врачами. Из-за угла выехал ментовской бобик, в котором мелькнул фейс нашего барабанщика Ящера и вокалиста «Арии» Кипелова.
Мне кто-то дал водяры, я машинально её маханул и стал наезжать на Сэра и директора «Арии»:
– Чё за буза? Куда повезли Ящера и Кипелыча? Первым включился Сэр:
– В ментовку на 15 суток!
– В какую ещё ментовку на 15 суток?! У нас завтра концерт во Дворце спорта!
Теперь в наглую позу стал админ «Арии»!
– Да! В ментовку на 15 суток! И всё из-за тебя! Я ошалел:
– Это каким макаром из-за меня?
– Из-за твоей шлюхи, этой вот Алёны!
– Аааааааааааа!
Всё застыли с выпученными глазами! Миловидная и добрая Алёна из Днепропетровска не заставила себя долго ждать:
– Э, слышь! Ты кого шлюхой обозвал? Да я сама к Пауку пришла! – Она тут же вырвала у меня батл водки и уе*ала москаля.
Падение тела было ужасным. Она стала его пинать ногами, пока не сломала каблук и грохнулась на Сэра. Туша поддержала её. В этот момент моё ГБэшное ухо уловило ехидство в ночи. Там стояли два врача и курили папиросы «Ялта».
– А чё, нормальный комплект, швейцар и москаль! Хотя я русский фашист, но всегда встану горой за честь девицы из Днепра. Но другое дело, когда нас, москвичей, кто-то там из лимиты подстёбывает. Хотел было за**рачить горлышком. Но днепровскую резню спас Колёсик, он дико заорал:
– Паук!!! Нет! В «скорой» швейцар!
Я дико офигел:
– Какой ещё иностранец?
В этот момент из дверей выбежал наш директор Горлопан, сразу стал дико орать и всё разруливать. Всей толпой мы придвинулись к «скорой», а также отпи**енный москаль из «Арии» и Алёна со сломанным каблуком.
– Ещё раз спрашиваю, какой швейцарец? Секундная задержка, и бешеный ор Горлопана (в этот день его герла ушла к директору московского «Макдоналдса»):
– Не иностранец, а швейцар! Не швейцарец, а швейцар!!!
От этих воплей ревности один врач упал в обморок. Ситуацию спасли люберецкие бандюки, вовремя выбежавшие на площадь перед отелем. Чтобы больше не поднимался кипеш, тут же загасили Горлопана и вдогонку засветили врачу. Они пороли трёх тёлочек из Кривого Рога и были ацки недовольны, что их мобилизовал ресепшен (в то время ЧОПы ещё не работали).
Тусовка в ужасе отстранилась.
– Мля! Горлопан, харэ орать! Чё за кипеш и буза? Первым выслужиться перед бандюганами решил Колёсик:
– Товарищ Саша! (Верзила по типу псковский десант.) Тут Ящер и Кипелыч избили швейцарца!
Люберецкие заулыбались.
– Отлично! Ну и сколько валюты они отжали в фонд КТР?
Колёсик побледнел и врубился, что он погорячился, выступив с инициативой общения с палачами НКВД. Удар под дых привёл его в чувство. Приседая на корты, он лишь тихо вымолвил:
– Райдер «Арии» из будки швейцара!
Он валялся на мокром асфальте, а кроссовки адидас от палачей НКВД сдавливали ему грудь. Саша зловеще посмотрел на админа «Арии»:
– Сколько в у. е. и швейцарских франках?
Админ «Арии», вероятно врубившись, что его также сейчас будут дико мутузить, упал на асфальт и дико зарыдал. Ситуация стала напоминать бандитский Петербург. Я решил прекратить весь этот ацццкий беспредел.
– Так! Стоп! Про что мы гоним?! Про какой ещё райдер «Арии» из будки мёртвого швейцарского гнома?
Колёсик повертел глазами.
– Ты же сам сказал, что райдер «Арии» по бухлу лежит в тумбочке у швейцара.
– И где эта швейцарская шкатулка?! – зловеще спросил Саша.
В этот момент очухались врачи.
– А вот здесь. – Доктор ошалело открыл дверь реанимации.
Все в ужасе отпрянули. Там лежал громадный ряженый толстяк с приклеенной, как у Деда Мороза, бородой и будкой-тумбочкой для чистки обуви на голове. Вместо глаз у него красовались две банки гуталина, а вместо рта грязная красная тряпка. Люберецкие врубились, что их ацццки развели, и они принялись всех метелить. Под раздачу попали случайные постояльцы, выходившие из гостинички. Когда все заскулили, Саша начал так:
– Из-за кого нас сдёрнули с кайфа? А?
Первый что-то залепетал админ «Арии», у которого в носу торчал каблук Алёны:
– Паук! Он во всём виноват! Сказал, что райдер «Арии» по бухлу в тумбочке у швейцара.
Бандюки взглянули на меня.
– Тащемта, парни, дело было так! Познакомьтесь, это Алёна без каблука! Она знает всех местных милейших предпринимателей, у которых можно отжать бабло. Я с ней оперативно работаю, а тут орава ломится. Естественно, я от балды прогнал им телегу, дескать, райдер «Арии» по бухлу в тумбочке у швейцара! – Воцарилась гробовая тишина. – Тащемта, я хотел сказать, что маршрут за бухлом им укажет местный старейшина, то есть швейцар!
Секунд десять висела гробовая тишина. Первым выпал в осадок Саша, потом Стас, потом я и Алёна. От ржаки мы на четвереньках поползли в холл, потом к нам присоединилась и вся тусовка, и врачи, и даже швейцар с тумбой на голове.
Табуреткой расхерачили двери бара на 8-м этаже, врачи притащили канистру спирта. Припёрся Кривой Рог, танцы, угар и чад кутежа понёсся с новой силой!
