Псина прыгала вокруг, лаяла, подкусывала ментов и даже один раз умудрилась цапнуть штатского за палец. Вскоре он не выдержал собачьего беспредела, подбежал, схватил шавку и зверски кинул её в мусорный бак. Такова «камеди-клаба» мы ещё не видели и просто рухнули с Ящером, умирая от смеха…
Затащить тушу в клетку удалось только с десятой попытки. Менты были все в поту:
– Евгенич! За такую работу с тебя ещё десятка!
Так как Ящер был в наручниках, я вытряс из его карманов всё: украинские купоны и РФ-рубли – и сунул ментам. Бобик взревел и погнал по улице. Шавка выпрыгнула из помойки и погналась за машиной. Мент увидел её в заднее зеркало и произнёс:
– Белый Бим Чёрное Ухо спешит на помощь! Освобождать толстяка Лучано Повороти!
Толстяк жалобно произнёс:
– А где же собачий корм «Кити Кэт»?
– Сегодня твой корм будет баланда по-магадански и чефир из вяленых носков!
От ацкой ржачки мент-водитель выронил руль, и бобик чуть не уе*ался в столб. Двигатель заглох, мент вывалился из двери и пополз по сугробам, а за ним и все остальные в разные стороны. Мы тоже чуть не умерли от смеха, но одновременно мне было дико жаль толстяка. Возникла какая-то трагикомедия. Мне даже стало стыдно и неловко, как будто во всём этом эпизоде – это я главный виновник. Но я не рассчитывал на такой поворот и никому не желал зла, я хотел всё разрулить, чисто на админуровне, без всяких человеческих жертв…
Как все знают по классике: один мент добрый, другой злой. Теперь соло взял добрый:
– Чувак, не плачь! Пока мы едем, твой Бим Белое Ухо пообедал шикарными объедками в помойке от лучшего ресторана Днепра! Представь себе на минуту, его теперь будут уважать все дворовые псы! И даже бульдог местного участкового!
– А как же я?! – жалобно простонал толстяк.
– А что ты?! Ты теперь рок-звезда, и все днепровские девки твои!
От ацкой ржачки мент-водила снова выронил руль, и бобик уе*ался в хлебовоз. Двигатель заглох, а менты поползли по сугробам, а за ними и мы с Ящером…
Через десять минут – мы у знакомой ментовки. Я достал последние 100 руб. РФ, накатал фломастером «Кит Кэт» – Белому Биму» и просунул между решётками толстяку! Потом всей гурьбой зашли внутрь отделения, первым соло взял штатский:
– Сержант! Тут неувязка вышла. Вы не того Кипелова арестовали. Вот он настоящий певец из «Арии», а того Кипелова надо отпустить. – Штатский показал на толстяка, и его тут же поволокли в тюремные чертоги!
Чтобы не слышать вопли, я решил выйти покурить. Через пару минут менты вывели настоящего Кипелыча! Я тут же подогнал ему остатки батла «Чёрной ночи»! Вскоре за воротами ментовки послышался скул Белого Бима. Я больше уже не мог выносить эти жалобные завывания, поторопил ментов, мы сели в бобик и погнали по улицам в сторону Дворца спорта.
Когда мы приехали в ДС, «КПП» уже рубили по полной программе, народ постепенно раскачивался, а в коридорах перед гримёрками рок-артистов наметился аншлаг и ажиотаж! Была масса фотографов и журналистов. К сожалению, из-за темы «Проклятья и ревности» мы не могли палить Кипелыча. Его и Ящера пришлось завести с другого входа и поселить в отдельно-охраняемую гримёрку, четыре мента внутри, а у дверей человек в штатском!
Наконец, я вздохнул с облегчением. Миссия выполнена, и «Железный марш» в Днепропетровске полностью спасён! Первым делом, когда я вломился в гримёрку «Коррозии», то сразу достал из барабанного ящика коньячный батл «Белого аиста» и сразу залпом залудил стаканище. Ко мне бросились десятки людей, тусовщиков и музыкантов:
– Где Ящер! Где Кипелыч? А концерт будет? А кто будет петь и рубить на барабанах?
Движением руки я показал люберецким убрать всю эту свору и закрыть наглухо гримёрку. Я сидел на стуле и опи*деневал! В гримёрке воцарилась гробовая тишина. Все ждали правительственного сообщения. Первым не выдержал хмурый Боров:
– Паук! Ну ты скажи, всё нормально? Мы будем сегодня рубить нормальный треш или тока «Люцифера»?!
Я сделал театральную паузу, махнул ещё полтос «Аиста» и тихо, заговорщицки сказал:
– Парни, спокойствие и ни звука! Потом объясню! Ящер и Кипелыч – через две стенки от нас! Тока тихо!
Десять рыл выдали дружный вздох облегчения, от которого заколыхались шторы!
– А теперь давайте махнём за славу КТР! Тока тихо и чисто по полтосу!
В этот момент буфетчица притащила кофе по райдеру. Кофе и коньяк – бодрит дёсна. Через пару минут я махнул ещё полтинник, и Горлопан запустил тёлок и тусовщиков. Угар и чад кутежа снова продолжился с дикой силой.
После КПП должна была выступать местная днепропетровская группа, а после нее «Ария». Времени до её выступления оставалось не более 30 минут, вместе с Горлопаном и бандюганами мы отправились в арийскую гримёрную.
Первым делом бандюки отвесили под дых админу «Арии»: «Ну что же ты, скотина, дал так мало бабла?» Я вкратце рассказал Холсту диспозицию и рокировку, а также предложил пойти вместе к Кипелычу, чтобы уговорить его засунуть подушки под майку, а также приклеить на щёки пироги или сырники! Холстинин стал нерешительно тупить! Мне пришлось излить ацкий гнев!
