На последующих станциях народу в вагоне постепенно добавлялось. Потом метропоезд пошел без остановок и скорость движения увеличилась. Чувствовалось, что состав идет под уклон.
– Убежище находится на большой глубине? – спросила Кристина у своей более информированной подруги.
– Почти полкилометра. Там породы более крепкие и можно вести многоэтажное строительство.
– А на сколько человек оно рассчитано?
– То, в которое мы едем, на десять миллионов. Остальные два, куда будут эвакуировать остальных москвичей и жителей ближнего Подмосковья, примерно такие же, может чуть меньше. Это целые подземные города с полноценной инфраструктурой. Там есть всё: школы, детские сады, магазины, больницы, спортивные центры, оранжереи. Кстати, ты не против поселиться там вместе?
– Двумя руками за! Вдвоем веселее.
– Втроем! Василий – тоже живая душа.
– Точно! С этой зверюгой не соскучишься. Да, Васенька?
– Мяу! – самоуверенно подтвердил кот, заставив вздрогнуть от неожиданности почти половину вагона.
Звонок видеофона, прозвучавший в половине шестого утра, был, в принципе, ожидаем, но все равно заставил вздрогнуть Константина Николаевича Петрова. Все-таки утренний сон самый сладкий, особенно когда до пробуждения еще остается целых полчаса. Командир второй дивизии КДВ вчера вечером не пошел домой, а остался ночевать в комнате отдыха, примыкающей к его кабинету.
О том, что это звонит командующий космодесантными войсками, Константин понял сразу, еще до того, как на экране видеофона появился грозный лик генерал-полковника Соловьева.
– Доброе утро, Алексей Кузьмич! – рявкнул Константин командирским голосом, с удовольствием наблюдая, как командующий морщится, прочищая пальцем ухо.
– Не такое уж доброе, шутник. Между прочим, началось. Гости прилетели.
– Я уже понял, потому и говорю, что доброе. Засиделись мои орлы.
– Понимаю тебя. Сам бы размялся, да кто же меня пустит. Ладно, некогда мне с тобой лясы точить. Вас, обалдуев, много развелось, а я один. Приказываю вскрыть конверт номер один.
– Есть вскрыть конверт номер один.
Константин Николаевич не знал, что сигнал «Сбор» для запасников Министерства обороны Российского Союза еще не подан. Бюрократический аппарат министерства умудрялся пробуксовывать даже в не терпящих отлагательства ситуациях. Да по большому счету Константина это и не касалось. Командующий КДВ замыкался непосредственно на Петрова-старшего и вскрыл собственный конверт сразу после того, как Сократ известил его о введении в действие протокола номер один. Этим он выиграл полчаса. Немного, конечно. Но комдивы, а их в подчинении у Соловьева было десять, успели подготовиться к приему пополнения.
В конвертах командиров космодесантных дивизий находился приказ о развертывании дивизий в корпуса пятидивизионного состава, их рассредоточении по территории, нарезке зон ответственности, местах временного базирования частей и соединений, а также коды для взаимодействия со смежниками и соседями.
Прочитав приказ, Константин приказал дежурному вызвать в клуб на совещание всех офицеров дивизии. А сам еще раз, уже не торопясь, перечитал извлеченные из конверта документы, после чего сделал несколько важных звонков. В том числе и домой – предупредить жену, чтобы не отправляла детей в школу.
К шести утра, когда на видеофоны запасников поступил сигнал «Сбор», в четвертой космодесантной дивизии уже вовсю шло совещание офицерского состава. Зал дивизионного клуба, рассчитанный на тысячу человек, был заполнен почти полностью.
После изменения штатов космодесантных дивизий, произошедшего в 2040 году, количество полков и батальонов в полку было увеличено с трех до пяти. Кроме этого, в состав каждой дивизии были влиты бригада МТО и санитарный батальон, со временем преобразованный в дивизионный госпиталь. Не претерпело изменений только ротное звено. Взводов, как и прежде, осталось три. Из чисто утилитарных соображений – большой десантный носитель был рассчитан на перевозку не более ста ступ. Теперь штатная численность космодесантной дивизии составляла свыше пятнадцати тысяч человек, а количество офицеров перевалило за восемьсот.
Поздоровавшись, комдив начал свое выступление просто и безыскусно, но максимально лаконично и доходчиво:
