– Ей всегда будут рады в нашем доме. – Барти улыбнулся. – Новак, мы с Даркусом поговорили. Я с удовольствием принимаю твоё предложение насчёт работы и буду рад помочь тебе с жучиным зоопарком.
– Правда? – Новак бросила чемодан и захлопала в ладоши. – Как чудесно! Мы всем покажем, какие жуки хорошие и удивительные и какие они бывают полезные.
Из цветка на ободке в волосах Новак выпорхнула Хепбёрн и закружилась в воздухе. Новак посмотрела на Даркуса.
– Теперь мы сможем видеться каждый день!
– Погоди, – сказал Даркус. – А как же Хамфри и Пикеринг? Если мы займём соседний дом, где они будут жить?
– А-а, у них всё будет в порядке, – ответила Новак. – Я выполнила обещание маман. Подумала, что так будет честно. Они получили по четверти миллиона фунтов каждый. А как эти деньги потратить – это уже им решать.
Хамфри и Пикеринг стояли перед заколоченным магазинчиком.
– Это надо будет убрать, – сказал Хамфри, показывая на вывеску над дверью.
На доске в красно-зелёную шотландскую клетку золотыми заглавными буквами было выведено: ХАГГИС И СПОРРАНЫ ОТ ХЭМИША МАКТЭВИША
– Да! – Пикеринг кивнул и вытащил из кармана связку ключей. – Ну что, зайдём, посмотрим наш новый дом?
Кузены, громко топая, вошли в магазинчик на Уолворт-роуд, в районе «Слон и замок», в южной части Лондона. Магазин разорился из-за того, что в последнее время всё меньше находилось покупателей, интересующихся спорранами и желающих поесть хаггиса.
– Ты глянь! Мяшной прилавок! – Хамфри вперевалочку двинулся в левую часть помещения, держа в руках ведёрко клюквенного соуса, с которым не расставался с тех пор, как они вернулись в Англию.
Эта часть магазина была обставлена как лавка мясника.
– Смотри! Витрины! – Пикеринг обернулся вправо, широко раскинув руки, будто хотел обнять стеклянную стену. – Идеальное место для моего антиквариата!
– Идеальное мешто для моих пирогов! – откликнулся Хамфри из-за прилавка. – Интерешно, какие на вкуш пироги с хаггишом? Было бы отлишшное дополнение к моему ашшортименту!
– Пошли, глянем наверху! – позвал Пикеринг, взбегая по винтовой лестнице.
Он торопился занять лучшую комнату.
– Ненавижу лештницы! – проворчал Хамфри. – Беру первую комнату!
Пикеринг беззвучно выругался.
Вначали они зашли в кухню. Пикеринг стал открывать шкафчики и вскоре нашёл две старые чашки и блюдечко.
– Выпьем чаю?
Хамфри кивнул:
– Пошшему бы нет?
Пикеринг достал из одного кармана пакетики с чаем, бросил их в кастрюльку, залил водой и поставил на плиту. Разлив чай в кружки, из другого кармана он вытащил целую горсть крошечных пластиковых баночек с долго хранящимся молоком – Пикеринг их своровал в самолёте по пути на родину. Он вылил по паре баночек в каждую чашку. Двоюродные братцы, взяв чашки, двинулись дальше вверх по лестнице.
– Вот моя комната! – объявил Хамфри, распахивая первую же дверь.
Комната оказалась довольно большой. На полу лежал сильно потёртый ковер, а из мебели было только старое синее кресло. Хамфри немедленно в него уселся.
– Отлишшно! Ждешь ешть вшшо, што мне нужно. – И он шумно отхлебнул чай.
– Ты не хочешь посмотреть этажом выше? – раздражённо спросил Пикеринг, завидуя, что Хамфри досталась такая просторная комната. – Может, там что получше найдётся?
– Не-а, – ответил Хамфри.
Пикеринг, хмыкнув, зашагал дальше. Вскоре Хамфри услышал его шаги у себя над головой.
– Эй, Хамфри, здесь такая прелесть! Иди посмотри! – позвал откуда-то сверху Пикеринг.
Хамфри только улыбнулся, допивая чай. Как бы не так! Он и с места не сдвинется! Поставив пустую чашку на пол, он пинком отправил её в дальний угол. «Потом вымою!» – подумал Хамфри.
В ворота вливался поток детей в фиолетово-чёрной школьной форме. Даркус стоял чуть в стороне, посматривая на Бакстера, который угнездился у него в нагрудном кармане. Жук помахал ему лапкой.
– Смотри не высовывайся, – шепнул ему Даркус.
Ученики толпой спешили в классы, болтая и окликая друг друга. К воротам подъехал чёрный автомобиль. На его сверкающей поверхности вспыхивали зелёные и лиловые искры. Даркус улыбнулся, вспоминая, как впервые увидел эту машину. Он тогда подумал, что она как будто из его любимых комиксов. А теперь это машина его подруги.
Заглушая общий гомон, раздался грубый голос Робби:
– Ого! Гляньте, какая тачка!
Дэниэл Доуи вытащил из нагрудного кармана расчёску и провёл ею по масляно блестевшему чубчику.
Передняя дверца авто распахнулась, и появилась женщина в чёрном, со шрамами на щеках. Она открыла заднюю дверцу. Из машины вышла Новак в чёрной с фиолетовым форме, а за ней – Жерар с фиолетовой школьной сумкой в руках.
– Завтрак в сумке, и пенал тоже. Я спрашивал насчёт учебников – их выдадут в школе.
– Жерар, хватит вокруг меня хлопотать! – Новак захихикала и чмокнула его в щёку.
Забрав сумку, она направилась к воротам.
– Мы приедем за тобой после уроков! – крикнул он ей вслед.
– Привет, принцесса! – заорал Дэниэл Доуи. – Как тебя зовут?
Новак, не останавливаясь, бросила на него пренебрежительный взгляд.
