Эскадра адмирала Прайса гоняется по Тихому океану за русскими фрегатами. Погоня приводит британцев на Камчатку. Думая, что мощная армада легко уничтожит форпост России на далёких северных землях, враги атакуют камчатский бастион, и вдребезги разбитые, отступают. Через год 26 боевых судов англичан приходят мстить за поражение и снова остаются в проигрыше. Кроме того, в сборнике фантастические рассказы
Битвы далёкого севера
Что защищать? Заржавленные пушки,
Две улицы то в лужах, то в пыли,
Косые гарнизонные избушки,
Клочок не нужной никому земли?
Но все-таки ведь что-то есть такое,
Что жаль отдать британцу с корабля?
Он горсточку земли растер рукою:
Забытая, а все-таки земля.
«Поручик» Константин Симонов
«Аврора» уходит на север
В середине марта 1854 года фрегату «Авроре» удалось наконец-то вырваться из проклятого моряками всего мира пролива Дрейка. Почти три недели встречный западный ветер не давал пройти кораблю в Тихий океан.
Фрегат едва не столкнулся с айсбергом, таившимся в тумане, от штормов и ураганов истрепались паруса, в расшатанном бурными волнами корпусе разошлись пазы. Вода протекала в жилые каюты, от сырости одежда матросов и офицеров не просыхала. Оканчивались запасы продуктов, начались болезни. Уже умерли пять матросов. Их похоронили по морскому обычаю, завернув в парусину и привязав к ногам ядро, опустили за борт.
На мостик поднялся доктор Вильчковский, и подошёл к капитану.
– Иван Николаевич! – он тяжело вздохнул. – Ещё двое заболели. Диагноз тот же – цинга.
Командир «Авроры» Изылметьев покачал головой.
– Придём в Кальяо, там пополним запасы, и закупим свежих овощей и фруктов. Надо продержаться.
Обед в кают-компании был скудным. Юнкер Костя Литке, сын известного адмирала, понюхал суп. Его уже который день варили из солонины и бобов.
– Однако, – молодой человек зачерпнул из тарелки. – Думаю, если капитан решил не заходить в чилийские порты, нам надо поохотиться на китов. Говорят, у них вкусное мясо.
Офицеры засмеялись. Все вспомнили, как во время одного из самых могучих штормов в проливе Дрейка, когда волны порой поднималась выше мачт фрегата, Костя Литке увидел огромного кита.
– Вы, юнкер, тогда забыли о своих вахтенных обязанностях, – улыбнулся старший офицер «Авроры» Михаил Тироль. – Я подумал, глядя на вас, что вы с голыми руками броситесь добывать нам это морское чудовище.
Командир фрегата улыбнулся. Весь экипаж очень устал бороться со стихиями в негостеприимном проливе Дрейка. Людям был нужен отдых. Но в порты Чили Изылметьев не решился заходить. Он знал, что ближайший город Вальпараисо является базой для военных судов Англии и Франции.
А встреча с ними могла быть опасной. Ещё когда «Аврора» стояла в Рио-де-Жанейро, готовясь к плаванию в проливе Дрейка, стало известно, что началась война с Турцией. Англичане и французы поддерживали турок, и вполне могли начать военные действия против русских. Так что встречаться с ними было совсем ни к чему. Поэтому Изылметьев решил идти дальше, вдоль западного побережья Южной Америки, до перуанского порта Кальяо. Там он надеялся дать отдых экипажу, починить корабль, и вдоволь запастись водой и продовольствием.
Через двадцать дней, при попутном ветре, «Аврора» вошла в порт Кальяо.
– Вот это да! – не смог удержаться вахтенный лейтенант Александр Максутов, наблюдая за рейдом в подзорную трубу.
– Что там? – Костя Литке приставил ладонь ко лбу, заслоняя глаза от солнца.
– Князь! – обратился к Максутову командир фрегата, находившийся, как и положено капитану при входе в порт, тут же, на мостике. – Отрядите вестового, пусть известит всех офицеров. Им необходимо быть в кают-компании через полчаса.
Сам Изылметьев прикусил нижнюю губу, размышляя, как не везёт «Авроре» в этом походе. На рейде в Кальяо он увидел стоящие военные суда под флагами Англии и Франции. Над двумя из них развевались контр-адмиральские вымпелы.
– Господа, – обратился Изылметьев к собравшимся в кают-компании офицерам. – Мы попали в сложное положение. Со дня на день могут поступить известия о начале войны с Англией и Францией. А здесь, в Кальяо, находится пять их военных кораблей. Наш фрегат изрядно пострадал во время перехода, требуется починка корпуса и такелажа. Экипаж болен. Так что какое-то время нам придётся здесь находиться. Пока у нас мирные отношения, будут визиты к ним, и от нас. Разговоры, обсуждения. Поэтому, господа офицеры, я приказываю, при встречах с иностранными моряками, да и перуанскими властями говорить, что мы простоим здесь не меньше месяца. Понятно? А мы постараемся уйти пораньше и неожиданно для всех.
Офицеры молча кивали. Все они были сначала удивлены тем, что встретили здесь тех, от кого всячески пытались избежать. Шансов же на победу в случае открытого военного конфликта у русских моряков было немного.
– Подольше бы разрыва отношений не было между Россией и англичанами с французами, – высказался мичман Николай Фесун. – Нам бы успеть продовольствием запастись, и корабль в божеский вид привести.
– Господа офицеры! – встал старший офицер. – Приказ Ивана Николаевича ясен. Мы должны прикидываться несчастными, слабыми и не готовыми к походам.
Сразу после этого, стараясь не привлекать большого внимания со стороны французов и британцев, на фрегате начались работы по ремонту корпуса. Конопатили пазы, чинили такелаж, с берега постоянно шли баркасы, груженые провизией и бочками с водой.
Через пять дней Изылметьев пригласил к себе в каюту старшего офицера.
