С минуту мы тщательно вытирали ноги и деликатно откашливались, потом я решился постучать в дверь и нам предложили войти. Когда я шагнул в это щедро оборудованное кондиционерами помещение, меня пробрала дрожь – уж не знаю, физической или нервной природы. Дергался я точно новичок, впервые попавший в морг. Нам предстояло пройти между двумя рядами колонн, с обеих сторон пульсировали какие-то приборы, назначения их никто из нас не знал; в дальнем конце – высокая платформа, накрытая прозрачным стеклянным колпаком. Шесть складных стульев окружали один вращающийся, – пожалуй, такой был бы уместен в отсеке командира космического корабля.
Мы шли между колоннами, шаги звучно отдавались в просторном зале, извещая о нашем приближении. Вращающийся стул вдруг развернулся к нам.
– Самое время! – Джойс Бертон поднялась навстречу и протянула руку – рукопожатие у нее чертовски крепкое. – Наши выпускники рвутся в бой.
Как всегда. Профессорша Пакостей нацепила черные облегающие штаны и бесформенный, какого-то выцветшего зеленого оттенка свитер с растянутой горловиной. Длинные каштановые волосы небрежно стянуты в неопрятный конский хвост. Хозяйка Чертова дома совершенно не интересовалась своим внешним видом; мода и все такое прочее – это всегда было не для нее.
– Ребята небось думают – им все по зубам? – усмехнулся Ренолт, прислоняя к стене автомат.
Бертон усмехнулась в ответ.
– Еще бы! Все вы такие – пока учитесь.
– Женятся – переменятся! – подхватил я.
Рауль, массируя все еще ноющие ребра, уселся на ближайший к нему металлический складной стул и одним прикосновением своего мягкого места превратил его в удобное плюшевое кресло.
– А где сейчас находится Чертов дом? – Маг вальяжно раскинулся на сиденье и закинул ногу на ногу.
– По ту сторону Бангора, – ответила Джойс, – это мешает телепатам проникать в наши мысли во время экзамена.
– Здорово! – признал я, присаживаясь рядом с Джесс; от моего прикосновения стул и не подумал превратиться в кресло, стал тепленьким, и все. – Да ведь в этой банде, Технической службе, ребята всегда были с завихрениями. Дверные ручки-вампиры помните? Вошли в анналы Бюро.
– А эта остроумная ловушка – коврик у входной двери! – подхватила Джесс.
– Позвольте вас поблагодарить и представиться: изобретатель этих пустячков, – с шутливым поклоном произнесла Бертон и трижды хлопнула в ладоши: – А теперь внимание! Мы с вами – заинтересованные зрители.
Мы уселись поближе к ее стулу, свет у нас над головами померк, перед глазами замерцал огромный на жидких кристаллах экран: восемь футов на четыре, белая серебристая поверхность, любая картинка – как реальность. Экран прояснился, и мы узнали вход в Чертов дом – все прекрасно помнили это место, и никто не стремился попасть туда еще разок. Четкость и подробность изображения просто изумительны: мы видели Чертов дом так же ясно, как если бы сами там находились, – никаких признаков преломления света. Мне даже захотелось протянуть руку и дотронуться до запыленной мебели, но я, конечно, удержался. Оптическое стекло, жидкие кристаллы, лазерная голография, высочайший уровень техники, ну и так далее, но не стану я даже пальцем рисковать, – чего доброго, Чертов дом достанет меня и с экрана. На редкость подлое устройство!
Громадная хрустальная люстра центрального холла под потолком изливала призрачный желтоватый свет на широкую, импозантную мраморную лестницу. Очень мне памятны эти перила – так и подмывает съехать разочек… А вот и знаменитый чуланчик со скользящей дверью, и занавешенный альков… Сцена готова – просим актеров начать игру! Кстати, а предупредил ли я стражников, что лампи надо пропустить через карантин, после того как он закусил человечьим мясом? Точно, предупредил.
Заскрипели старые-престарые дверные петли, и кадеты-выпускники перешагнули порог. Я мысленно пожелал им удачи – побольше удачи; она им пригодится. Естественно, прежде всего я рассмотрел близнецов: оба в джинсах и футболках, оба на одно лицо, и фигуры схожи, только волосы у парня цвета воронова крыла, а у девушки – золотистого оттенка: такая хорошенькая блондинка, с аппетитными ножками…
"Ты находишь, дорогой?" – прозвенел у меня в голове голосок жены.
Поделом тебе, Альварес, не допускай подобных мыслей, если уж женился на женщине с такими телепатическими способностями!
Следом за близнецами вошел крепко сбитый мужик в армейской униформе, на правой щеке едва заметный тонкий шрам. Минди аж присвистнула от восторга. На меня он тоже произвел впечатление, хотя, безусловно, с другой точки зрения, – настоящий Голиаф, Геркулес: рост под семь футов, вес по меньшей мере фунтов триста, ни капельки жира – сплошные мускулы. На груди сложная сбруя, свисают гранаты, за плечо закинута автоматическая винтовка, у бедра ожидает своего часа здоровенный револьвер, а автоматическое ружье "томпсон" сорок пятого калибра держит в руке наготове. И Джорджу этот парень, вижу, пришелся по душе.
