Дочке они сказали, что путь займет четыре часа. Каждые пять минут та наклоняется вперед и спрашивает: «А час уже прошел? А час уже прошел? А час уже прошел?» А потом они приезжают.
Жена начала планировать свою тайную жизнь. В этой жизни она – великий деятель искусства. Она надевает брюки для йоги и врет, что поехала на йогу, а сама сворачивает с главной дороги на грунтовую, садится и пишет мелким убористым почерком на оборотной стороне списка покупок. Думает перестать принимать лекарства, чтобы писалось легче. Хотя, наверно, этого делать не стоит.
Наверно.
Осень за городом приходит рано. И от количества звезд на небе становится не по себе. По ночам она не спит, переживает из-за медведей и пожаров в дымоходе. Из-за армии пауков, которые живут в доме. Муж хочет завести коз. Дочка плачет – хочет назад в Бруклин.
Жена везде находит двадцатки, которые прятала в книгах. И маленькие листочки бумаги, на которых писала свои заметки. Вот выписка по кредитной карте; на ней тоже что-то написано.
Она спрятала в книгах еще кое-что и в последнее время все время об этом думает. Это карточка из «Монополии»; подарок разведенной подруги. «Бесплатно выйти из тюрьмы», – написано на карточке.
Но теперь она все время устает. Ходит очень медленно, словно преодолевая сопротивление воздуха. Ее психотерапевтка говорит, это потому, что прежде она летала на адреналине, а теперь его запасы начали истощаться. «Будьте осторожны, – предупреждает она, – не дайте мыслям утащить себя на дно».
Люди тут не ездят, а ползают, как черепахи.
При дочке они никогда это не обсуждают. Берегут ее от этого, как от комаров. Но «это» все равно присутствует повсюду, как завывание ветра в стенах в сильную непогоду.
Однажды утром она ведет дочку на детскую площадку. Светит солнце. «Где все?» – спрашивает дочка. Она без особой охоты раскачивается на турнике, а потом они идут домой.
Жене приходится напоминать себе, как тут красиво. Неделю идет дождь; после она отправляется на прогулку в лес в тяжелых мужниных ботинках.
После дождя вернулись комары. Жена распаковывает лампу от насекомых, которую ей подарил почти-космонавт. На чердаке по-прежнему полно коробок. «Я не работаю с максимальной эффективностью», – думает она. Муж устанавливает их старый телескоп. Тут почти нет светового загрязнения. Жена смотрит на небо. Столько звезд – больше и не нужно.
Однажды, когда дочка в школе, муж с женой едут в соседний город в кино. По пути проезжают «Холидей Инн Экспресс». Жена напрягается. «Что?» – спрашивает он. «В таком же отеле я провела худшую ночь в своей жизни». Муж растерянно смотрит на нее. «В „Холидей Инн Экспресс“?» Они едут дальше. Он тянется к ней и берет ее за руку. Где-то они свернули не туда – по обе стороны дороги фермы, а не городские дома. Жена выглядывает в окно. По полю бежит собака; солнце отбрасывает светлые блики на ее темную спинку.
Жена пытается смотреть на мужа беспристрастно, но все чаще замечает, что он ведет себя как типичный житель Среднего Запада. Здоровый семейный досуг – например, когда они вместе играют в настольную игру – вызывает у него сущую радость. Все его прогулки и вылазки с дочкой обязательно должны быть развивающими и чему-то учить. Однажды они едут в какие-то подземные пещеры, и жена слушает, как он рассказывает дочери о формировании известняка. «Скорей бы перемена», – думает она.
В ту ночь она встает и идет спать в комнату дочери. Если он спросит, всегда можно соврать и сказать, что дочка ее позвала.
Впрочем, она заметила, что он снова ее любит. Немножко, но любит. Он вечно касается ее, убирает волосы с лица. «Спасибо тебе», – говорит он однажды вечером, когда они сидят во дворе. Говорит таким тоном, будто они лежали, придавленные машиной, а у нее вдруг открылись необъяснимые сверхспособности и она машину сдвинула. Он целует ее, и вдруг она что-то чувствует – еле заметный проблеск. Но в этот момент срабатывает ловушка от комаров.
Каждое утро перед школой жена заплетает дочери косички. А перед сном муж читает ей «Аню из „Зеленых мезонинов“».
Они переживают за дочь, оба переживают. По вечерам та пишет длинные письма своей любимой кукле и опускает их в коробку от салфеток, которую прячет под кроватью.
