В конце концов Барбара приняла решение, и до конца их пребывания на Санубел, стоило Дженни затронуть эту тему, заверяла дочь в ее полной невиновности и своей любви к ней. Снова и снова мать повторяла, что размолвка между родителями никак не связана с происшествием во время верховой прогулки, но правды о том, как были повреждены ее запястья, так и не сказала.
Уже перед самым отъездом с острова, когда Дженни укладывалась спать, ей в голову внезапно пришла еще более пугающая мысль.
— Мамочка, ты ведь не разведешься из-за меня с папой? — в ужасе спросила она.
— Ни в коем случае, — горячо заверила ее Барбара. — Мы с папой любим друг друга. Тебе не о чем беспокоиться.
— Не знаю, мама, — с сомнением откликнулась девочка. — Иногда мне хочется просто исчезнуть. Может, тогда у вас с папой все бы наладилось.
Пол встретил их в аэропорту Ла Гуардия и по дороге на Уайт Плэйнз сказал:
— Кстати, тут звонил твой агент. Просил тебя с ним связаться.
— Рад, что вы наконец вернулись, — промолвил Кен, когда она позвонила ему на следующий день. — Надеюсь, хорошо провели время. Кстати, завтра или послезавтра я буду в ваших краях. Смогу я застать вас дома?
— Конечно.
— Прекрасно, тогда и потолкуем, — закончил он разговор, так ничего и не объяснив.
Когда на следующий день в дверь позвонили, Барбара предстала перед гостем в потертых джинсах, стоптанных кроссовках, с карандашом в зубах, и мыслями, витавшими где-то далеко, в мире ее героев.
— Вижу, что вы наконец оделись, как подобает романистке, — шутливо заметил Кен, облаченный в безупречный серый костюм.
— Рада вас видеть, — сердечно промолвила Барбара, когда он расцеловал ее в обе щеки. — Прошу в гостиную.
— На прошлой неделе ваш издатель перепродал права на «Сару издалека» за двести тысяч долларов, — заявил Кен, усевшись в любимое кресло Пола и деловито подавшись вперед. — Это значит, что за время своего отдыха вы заработали сто тысяч, за вычетом, разумеется, моих законных пятнадцати процентов. Неплохо для недельных каникул, а?
— Кен, но этого просто не может быть.
— Еще как может.
— Не знаю, как мне вас благодарить.
— Ну, по правде сказать, последняя выгодная сделка — это целиком заслуга издателя. Вы написали книгу, а я просто свел вас с издателем вместе, — откликнулся литературный агент и, с довольным видом откинувшись в кресле, добавил: — Я редко ошибаюсь, Барбара, и насчет книг, и насчет людей. Разве не мной было сказано, что вашу книгу ждет шумный успех и она принесет кучу денег. Так оно и вышло. Ладно, — он покончил с воспоминаниями и вернулся к делу, — как насчет продолжения?
— Работаю, но дело движется медленно, — призналась Барбара, — к тому же много времени ушло на раскрутку «Сары».
— Само собой, — понимающе кивнул Кен. — Но было бы совсем не плохо закончить продолжение как раз к выходу первой книги массовым тиражом. Постарайтесь закончить его как можно быстрее. Мне хотелось бы поскорее выставить книгу на аукцион. Какое у вас рабочее заглавие?
— «Сердце бабушки».
— Прекрасное название для продолжения. Как только я получу от издателя чек, вам позвонят из моего офиса. — Кен поднялся, и уже направляясь к выходу, добавил: — Кстати, осенью я собираюсь представить вашу книгу во Франкфурте. Для меня это один из самых удачных проектов нынешнего сезона. И еще: вам, наверное, приятно будет узнать, что к «Саре издалека» проявляют интерес кинематографисты. Похоже, в вашем лице я приобрел весьма прибыльного клиента. Еще несколько таких книг, Барбара, и ваш муж сможет уволиться, чтобы жить на ваши гонорары.
— Кен, у меня просто не хватает слов, чтобы выразить свою благодарность…
— Обычно я ограничиваюсь звонком, но на сей раз не устоял перед искушением зайти и сообщить новости лично. Но сейчас мне пора. Мой поезд отходит через час, а в офисе меня еще дожидается стопка бумаг толщиной в два дюйма.
Как и при встрече, Кен расцеловал Барбару в обе щеки и исчез, прежде чем она сообразила, что даже не угостила его кофе.
Тогда как над «Сарой издалека» Барбара работала с удовольствием, ее продолжение неожиданно потребовало немалых усилий. Сковывал страх перед тем, что она может не оправдать ни собственных, ни читательских ожиданий. И хотя жестких сроков ей никто не устанавливал, Барбара знала, что агент совершенно прав: продолжение следовало закончить до начала рекламной кампании, связанной с выходом массового тиража «Сары». Создание литературного произведения являлось процессом деликатным, в котором она отводила себе подчиненную роль, чувствуя себя по отношению к книге не матерью, а не более чем повитухой, лишь помогающей новорожденному появиться на свет. Перерыв в работе мог привести к разрыву тончайших нитей плетения характеров и сюжета. Ей уже пришлось столкнуться с чем-то подобным: подобрать эти нити после раскрутки «Сары» оказалось очень непросто, и сейчас она не могла позволить себе риск нарушить творческий настрой до того, как будет завершен хотя бы черновой вариант новой книги.