– Все, сказанное мной в отношении личного состава, списываемого на берег, будет отмечено в приказе по эскадре.
Сообщаю также вам, господа, что вскоре крейсер «Генерал Корнилов» уйдет на капитальный ремонт в док, а затем останется в Фервилле. В связи с этим я перенесу свой флаг на эскадренный миноносец «Дерзкий», стоящий у стенки в бухте Каруба.
И снова обвел взглядом притихших адмиралов и офицеров.
– Вопросы есть, господа?
Со своего места встал командир линейного корабля «Генерал Алексеев» капитан 1-го ранга Федяевский:
– На какое число, ваше превосходительство, назначено начало списания личного состава на берег?
– На седьмое ноября, Иван Кириллович.
Командующий еще раз обвел взглядом присутствующих.
– Если больше вопросов нет, все свободны, господа! Но после того, – уточнил он, заметив движение среди присутствующих, – когда начальник штаба передаст вам данные по численности личного состава, остающегося на каждом из кораблей эскадры. Поименные же списки составят их командиры по своему усмотрению, которые будет необходимо в трехдневный срок передать в штаб эскадры.
Вернувшись с совещания на «Гневный», командир застал там терпеливо ожидавшего его старшего офицера.
– Какие новости, Степан Петрович? – с тревогой в голосе спросил тот, напряженно вглядываясь в выражение лица командира, стараясь, по старой привычке, определить его настроение.
– Пройдемте в мою каюту, Владимир Аркадьевич, – озабоченно предложил капитан 1-го ранга. – Новости, к сожалению, малоприятные, – устало произнес Степан Петрович, когда они зашли в каюту. – Присаживайтесь, Владимир Аркадьевич, – предложил он, указывая на стул, а сам опустился в кресло, стоявшее у письменного стола.
Затем стал рассказывать о том, что услышал от командующего на совещании. Старший лейтенант, внимательно слушавший командира, тяжко вздохнул, когда тот закончил свое сообщение.
– По существу, Степан Петрович, свершилось то, что мы с вами и предполагали. Не сегодня, так завтра наша эскадра вообще прекратит свое существование. В этом уже нет никакого сомнения. Одним словом, приехали…
– Вы правы, Владимир Аркадьевич, – согласился тот. – Тем не менее мы с вами должны выполнить указание командующего.
Старший офицер сразу же сосредоточился.
– Согласно данным штаба эскадры, – Степан Петрович достал из папки, принесенной с собой, несколько листов бумаги с машинописным текстом и нашел нужный из них, – на «Гневном» остается только десять человек. Включая и офицеров, – уточнил командир.
– О Господи! – чуть ли не простонал старший лейтенант. – И это при штатной численности в сто семьдесят пять человек.
А затем непонимающе посмотрел на командира:
– Как же так, Степан Петрович?!
Тот протянул ему лист:
– Читайте сами, Владимир Аркадьевич.
Старший офицер прочитал подчеркнутое командиром место в тексте и вздохнул.
– Сейчас же мне предстоит составить поименный список офицеров и нижних чинов, остающихся на миноносце. Поэтому хотел бы услышать ваше мнение по лично вашей кандидатуре, Владимир Аркадьевич.
Тот усмехнулся:
– Если вы не возражаете, Степан Петрович, то я бы хотел вначале услышать ваше мнение по лично моей кандидатуре.
– Не возражаю, Владимир Аркадьевич, – улыбнулся командир скрытой иронии своего помощника. – Мы с вами служим на «Гневном» с шестнадцатого года. – Тот утвердительно кивнул головой. – Вначале вы были минным офицером, а затем заняли должность старшего офицера после того, как ваш предшественник погиб в бою с германским крейсером «Бреслау». Должен сказать, что за все эти шесть лет у меня не было особых претензий к вам как к старшему офицеру, за исключением неизбежных для вашей хлопотливой должности мелочей.
Старший лейтенант смущенно опустил глаза.
– Так что я был бы рад, если бы вы согласились разделить вместе со мной до конца судьбу «Гневного» и его экипажа, – сказал Степан Петрович, твердо посмотрев тому прямо в глаза.
– У старшего офицера не может быть мнения, отличного от мнения командира. Но это в соответствии с требованиями Морского устава, а чисто по-человечески я благодарен вам, Степан Петрович, за столь высокую оценку моей службы на «Гневном». И я готов быть на нем с вами до конца, каким бы печальным он ни был.
– Не так уж и долгого, – в тон ему заключил капитан 1-го ранга и крепко пожал его руку. – Другого ответа от вас я и не ожидал, – признался он. – А, если не секрет, каковы ваши планы на будущее? Я имею в виду после прекращения существования Русской эскадры и спуска Андреевских флагов на ее кораблях, – уточнил командир.
Тот отвел глаза в сторону.
