– Чего только в жизни делать ни приходится. Степанида, можете сфоткать нас на память? На свой телефон, потом мне перешлете. Нам мобильниками пользоваться запрещено.
Я послушно выполнила ее просьбу.
– Умная собака, – нахваливала любимицу Несси, – послушная, красивая, распрекрасная. Магдюша, я куплю тебе килограмм пряников. Шоколадных!
Услышав упоминание любимого лакомства, Магда навострила уши и завыла.
– Непременно получишь обожаемые прянички, – пообещала я, – пакет от Агнессы Эдуардовны, второй от меня. Но сейчас сиди смирно.
Собака замерла.
– Какая она умная! – восхитилась Конова, полируя когти «клиентки». – Совсем не злая, просто внешность страхолюдская. От бороды мороз по коже бежит. Если вы не против, я включу музычку, медитативную, успокаивающую, расслабляющую, нервы утишающую.
– Пожалуйста, – разрешила я.
Конова ткнула пальцем в кнопку музыкального центра, стоящего на квадратной тумбе. Послышался звон колокольчиков, затем женский голос, смахивающий на птичий щебет, стал выводить:
– А-а-а, о-о-о, у-у-у, мняга, сняга, а-а-а-а-а…
Магда подняла уши, потом прижала их к голове, задрала морду и стала подвывать:
– У-у-у-у-у…
– Мнега-тнега, – монотонно ныла певица.
– Блям, блям, блям, – звенел колокольчик.
– У-у-у-у-у, – заливалась Магда.
Дверь кабинета без стука отворилась, с подносом в руках вошла женщина.
– А вот и вкусный чаек с нашими фирменными пряниками, – объявила она, – вам…
Тетка замолчала.
– Мы вас не звали, – сердито сказала Люся, – на двери висит табличка «Не беспокоить». Не видели? Понимаю, вы первый день на работе, но глаза-то имеете, растопырьте их как следует и внимательно читайте, что мастер снаружи повесил.
Администратор взвизгнула, уронила поднос и убежала.
– Вот идиотка! – в сердцах воскликнула Люся.
Я выдернула из коробки бумажные салфетки и начала вытирать разлитый чай. Не знаю, как бы сама отреагировала, увидев в кабинете педикюра на месте клиентки здоровенную собаку, смахивающую на леопарда, с лопатообразной розово-фиолетово-синей бородищей, делающую наращивание когтей. Подозреваю, что тоже могла бы среагировать неадекватно.
Магда начала вертеться.
– Держите ее! – велела Конова.
Агнесса подняла один пряник.
– Девочка унюхала свое любимое лакомство. На, дорогая!
Магда проглотила угощение и снова забеспокоилась.
– На той стороне дороги есть супермаркет, купите там пакет пряников, – посоветовала мастер, – она будет их жрать и сидеть тихо. Ну зачем эта коза с подносом приперлась? Так хорошо все шло.
– Я побежала, – засуетилась Несси и выскочила в коридор.
– Магде понравились ваши эксклюзивные пряники, – улыбнулась я.
Люся захихикала.
– Степанида! Пряники в супермаркете покупают. Вот уж не ожидала от вас такой наивности. Пока ваша подруга отсутствует, могу сказать, кто пользовался телефоном «Армаваро» в указанный вами день. Наши мобильный не возьмут, себе дороже будет. А вот у Саши-колориста сидела Римма, она к нему раз в месяц ходит, дама сказала мастеру: «Мой телефон разрядился, принесите с ресепшен трубку».
– Отлично, – обрадовалась я.
Конова начала перебирать пузырьки.
– Вот колер, который нужен. Предлагаю положить гель, он продержится две недели. На типсы обычно простой лак идет, но это у женщин, собаке лучше чего покрепче.
– Купила, – выпалила Агнесса, возвращаясь в кабинет, – вот!
– Быстро дайте один, но маленькими кусочками, – попросила я. – Магда будет жевать и сидеть тихо.
На покраску когтей на передних лапах у нас ушло четыре пряника.
– Полдела позади, – возвестила Люся, – приступаем к педикюру. Давайте переместим ее в другое кресло.
Увидев очередной кусок лакомства, Магда охотно сменила дислокацию. Конова схватилась за пилку и минут через пять предложила:
– Я заведу музыку, но не китайскую, как раньше, а с острова Буиду. Отдыхала там прошлой осенью, ходила в местное спа, они мне диск подарили. Так расслабляет!
Конова нажала на пульт. Кабинет наполнился звуками прибоя, потом на его фоне тихо запел лирический тенор.
– Эх, эх, эхе, эхе…
От монотонного повторения непонятного слова и плеска прибоя меня потянуло в сон. Я развалилась на стуле, борясь с зевотой.
– Эхе, эхе, эхе… ш-ш-ш… эхе, эхе, эхе… хр-р-р-р.
Громкий храп резко выбивался из общей тональности. Я встрепенулась и выпрямилась.
– Тише, – прошептала Люся, – они спят.
Я увидела, что Магда закрыла глаза и разинула пасть, из нее вылетал громкий храп.
– Агнесса Эдуардовна тоже задремала, – прошептала мастер.
Я покосилась влево, там на диванчике посапывала Несси.
– Не буди лихо, пока оно тихо, – усмехнулась Люся, – эта музыка меня ни разу не подводила, все под нее дрыхнут. Сейчас начнут исполнять мою любимую основную часть. Просто чума, какой расслабон.
– Пис, пис, пис, пис, – завел тенор, – пис, пис, эхе, эхе, эхе, эхе.
Плеск волн сменился на журчание воды.
– Пис, пис, пис, эхе, эхе, – тянул тенор.
– На местном наречии «пис, пис» означает «спи, моя любовь», а «эхе, эхе» – ни о чем не волнуйся. Так мне в салоне сказали, – объяснила Люся.
Через минут пять я стала ерзать на стуле и спросила у Коновой:
– У вас есть туалет?
