Я могу стоять перед зеркалом в ванне часами, даже не чувствуя, как идет время. А может время и вовсе останавливается. Есть только я и зеркало. Есть только я и комната. Я могу стоять и корчить рожи. Могу вести монолог. Я управляю отражением. Но я и отражение это не одно и то же. В этом есть прелесть деперсонализации. Я могу так увлечься, что не буду отдавать себе отчёт о том, что перед собой я вижу себя. Может, я вижу лишь свой образ? Что вообще значит быть мной? Вся эта игра с зеркалом напоминает игру в куклы. Отражение – такая же марионетка. Я могу играть разные роли. Быть отражением – значит быть запертым. Быть кукловодом – значит вечно смотреть на того, кого запер. Но как понять кто кого запер? Может, это отражение держит в заложниках меня? И я сам не ухожу, потому что мне нужно видеть себя. Кто я без отражения? И что отражение без меня? Человек в зеркале всегда говорит, а человек, который стоит перед ним всегда слушает. Быть может, когда человек заперт, он становиться свободным?
Я заметил, что я не могу нарисовать одну и ту же комнату одинаково несколько раз.
Моё искусство – это просто призма.
Иногда я думаю, что всё это написал кто-то другой, особенно сейчас я так думаю.
Я всё жду момента, когда она задохнётся.
Я пью дождевые капли, что бы не обжечь губы.
Come with me My heart
Into the tress and my soul
We'll lay on the grass Where is my
mind?
And let the hours pass
Take my hand
Come back to the land
Let's get away
Just for one day
Let we see you stripped down to the tone.
Нас награждают кайфом, а наказывают болью. И не важно, на самом деле, что ты чувствуешь. Важно то, как ты относишься. Нам могла быть приятна боль. Я очень её люблю.
Ледяной дождь пролился в моей ванной.
Странно, ведь всю зиму я был заперт.
Я так хочу оказаться под водой.
Всё человечество тянет ко дну.
У меня слишком мало времени.
Солнце моё, взгляни на меня. Моя ладонь превратилась в кулак.
Моя жизнь – постоянная скука. Где бы я ни был, что бы я не делал – мне скучно. Скука порождает мысли в моей голове. Я постоянно думаю. Это очень больно. Постоянные мысли обо всём вводят меня в депрессию. Но всё, что я могу – думать.
Я как художник – это одна картина, один рисунок, в котором заложены часы размышлений.
Она стала подарком для меня. Единственной, кто мог попасть под моё влияние.
И я посадил её в коробку, отвёл прямо в тень.
Она достойна открытых глаз.
Я просто хотел сломать её.
Солнце моё, взгляни на себя. Твои глаза на моих глазах.
Искусство скуки, безделья и пустоты.
Красота того, что люди так стараются спрятать.
Гений не видит больше остальных. Он видит то же, что и другие. Просто для него это не очевидно.
Я думаю, что обычные люди тоже могут чувствовать то же, что и гении. Просто они не так в это погружены. С ними реже это происходит. И для них это не так остро.
У меня были штаны, от которых я отказался, потому что они были мне велики. Но спустя время, когда я похудел ещё больше, я надел их и сказал – это моё. Может, это не одежда стала для меня подходящей, а я для неё?
В моей голове всегда было столько мыслей, столько образов, столько всего ОДНОВРЕМЕННО.
Никогда ничего не жди
Это похоже на кучу телевизоров, включенных одновременно с моего рождения. А пульт всего один. И батарейки не вечные. Иногда я с этим не справляюсь. Тело и рассудок страдают из-за того, что во мне. Может я вечно пытаюсь залезть людям в голову, потому что хочу найти то же, что и в своей? Люди ведь так и ищут норму – находя своих. Говорю об этом так, будто сам я не человек. Или не хочу им быть.
Наверное, все этапы моего развития – это знакомство с тем, что и так уже есть. Я всегда носил в себе всё это. Всегда был полон всем.
Да так, что это всё перемешалось и превратилось в пустоту. Вся моя жизнь – это знакомство с самим собой.
Красный вентель.
Люди не любят других людей. Они любят себя. Другие люди – это кусочки их самих, которые есть только в голове.
Я ненавижу подписывать даты к своим записям. Это вещи, о которых я всегда думал, думаю и буду думать. Я буду повторяться. Я всегда думаю обо всём. У моих мыслей нет времени. Они не рождались и не умирали. Они просто всегда были, есть и будут.
Таблетки – способ контролировать то, что работает правильно. Я тревожный. Я всегда чувствую страх. И страх мною движет. А таблетки убивают мой двигатель. Да, мне плохо, но это нормально.
Комната – это просто форма.
Физическое обличие.
У меня на завтрак жвачка, потому что я не хочу пробовать себя на вкус.
Может я её выдумал?
Я почему то привлекаю людей очень странным образом. Они не могут себе это объяснить. Говорят какой я загадочный, странный (в хорошем смысле), непонятный и так далее. Будто во мне нет никаких человеческих черт. Лили – тот человек, для которого сразу стала очевидна моя гениальность. Хотя, мы оба ненавидим этот термин. Она тоже не могла описать это. Но она это чувствовала. Я, будто, настолько обычный, что это уже перебор. Будто во мне нет ничего. Но я знаю, что ей плевать на это. Она нашла во мне человека.
