Мальчишка поднялся на ноги и подхватил еще не просохшее сукно, которое у него, впрочем, тут же забрали, ибо нечего тормозить процессию. Выбравшись обратно на дорогу, едва не спотыкаясь по шпалы и поскальзываясь на мокром щебне, компания сломя голову неслась к заветному теплу. Хису, то и дело стремящегося отбиться от стаи, в конце концов, подхватили под локти и чуть ли не волоком тащили до пункта назначения. И лишь увидев впереди огни рабочих домиков на колесах, Хиса в полной мере осознал, чему так радуются его старшие спутницы.
Чуть поодаль от разворочанных путей расположились снятые с рельс вагончики, в которых горел теплый свет газовых ламп, не сравнимый по яркости с заклинанием Илинеи, но куда более привычный и уютный. По временному поселку сновали усталые рабочие, приводя в порядок инструменты и технику. Отдельные лица уже завалились спать или пошли заливать прошедший день.
Подходя к вагончикам, подруги притормозили. Просто вломиться в размеренную жизнь дорожных работяг было неловко, но другие варианты не шибко радовали. Так что, собравшись с духом, девушки вышли на свет и окликнули первого попавшегося человека. Мужчина, явно под градусом, плавно повернулся к ним красным лицом, икнул, пытаясь собрать глаза в кучку. А когда ему это удалось, он, вскрикнув, отшатнулся назад, не удержал равновесие и рухнул на землю, где почти сразу уснул.
— Да не может быть все настолько плохо! — проворчала Рида. — Эй! — гаркнула она паре крупных парней, копающихся в двигателе подъемного крана, а потому просто обязанных быть трезвее их павшего собрата. — Да, вы двое! Можно вас на минутку?
Парни переглянулись, окинули оценивающим взглядом пришелиц. Чумазых, груженых, как вьючные животные, девушек со спутавшимися волосами, из которых местами торчали ветки и сухие листья. На этом дивном фоне они даже не сразу заметили тощего мальчишку в такой же грязной женской кофте и, кажется, шали. Парни застыли с чуть отвисшими челюстями, пока один не ткнул локтем другого, вынуждая того заговорить первым.
— Вам… чем-то помочь? — попытался выдавить из себя приветливую улыбку рабочий, но вместо этого получил неловко-омерзительную гримасу.
— Да, помощь нам не помешает… — начала говорить Рида, когда Илинея подалась вперед, оттолкнув подругу назад.
— Приносим свои глубочайшие извинения за вторжение, — защебетала колдунья. — Мы всего лишь усталые путницы, вынужденные пешком добираться до города. Не могли бы вы приютить нас хотя бы на ночь? Мы не доставим вам неудобств…
Рабочий оглянулся на коллегу в поисках поддержки, но тот лишь пожал плечами.
— Я… к сожалению, не могу решать такие вопросы, — скомкано ответил он, но увидев, как со вселенской тоской во взгляде опускает голову Илинея, тут же продолжил: — Я сейчас позову бригадира, пусть он с этим разбирается, — последние слова он пробубнил себе под нос, отходя в сторону одного из вагончиков.
Девушки медленно последовали за ним, четко давая понять, что просто так они не отстанут. Поспешно заскочив в вагончик, парень захлопнул дверь прямо у них перед носом, а через пару минут, явно подталкиваемый в спину, оттуда вышел мужчина в возрасте. Судя по серой от частых стирок пижамы, бригадир собирался спать. Он недовольно упер руки в бока, окидывая посетительниц очень красноречивым взглядом.
— Чего вам надо? У нас здесь стройка, а не богадельня!
— Мы не хотели вас побеспокоить, добрый человек, — продолжила свою песню Илинея, мило улыбаясь.
— И все же побеспокоили! — проворчал он.
— Простите нас, мы направляемся в Беланш и надеялись, что вы не позволите честным путницам замерзнуть в холмах…
— «Честные путницы», — угрожающе навис он над колдуньей, — пользуются объездными путями и дирижаблями, а не шастают ночами в холмах!
Рида закатила глаза и одернула подругу, собиравшуюся придумать очередные ненужные оправдания. Она положила руку на его плечо и ощутимо сжала.
— Достал меня этот спектакль благожелательности! — прошипела она. — Послушай, дед, сейчас я, как честная путница, предлагаю тебе сто нинге — типичная плата для пансиона — за пару кроватей, ванную и горячий ужин…
— Так, дамочки!.. — попытался возмутиться бригадир, но тут же замолчал, чувствуя, как цепкие сильные пальцы впиваются в плечо.
— Есть еще один вариант, — в свете фонарей что-то блеснуло в другой руке девушки, — но тебе он точно не понравится.
Бригадир посмотрел в глаза Риды и отшатнулся назад, вырываясь из мертвой хватки девушки.
— Врах с вами! Давай свою сотню и шуруйте! — он большим пальцем показал на один из вагончиков, в котором не горел свет. — Завтра его займут новые рабочие, но на ночь он ваш, — и уже возвращаясь к себе, тихо пробормотал: — Дура чокнутая!
Мужчина выпер из вагона рабочего и хлопнул дверью, заметно раздосадованный сложившейся ситуацией. Илинея укоризненно посмотрела на подругу.
— Не уверена, что это хорошее решение…
— Плевать, — покачала головой Рида. — Зато мы точно будем спать в тепле и даже сможем наконец-то отмыться от этой проклятой золы!
