Очень маловероятен исход с его "прощением" со стороны Новых Владык. Во-первых, это не просто политическое убийство, это целая вереница интриг, которую Зекрам скрывал буквально столетиями. И среди жертв сонной болезни было много-много родственников самых разных высокопоставленных демонов. То есть стоит этому факту выйти в свет, как одна половина Ада захочет его крови, а вторая будет всеми силами его защищать. Короче, Гражданская Война Часть Два.
Давайте представим вариант, где информация не выходит наружу, а Зекрам откупается огромной, действительно невероятной, взяткой от Новых Владык. Но что будет после?
В этом случае Зекраму точно придётся отойти от дел. А как многие уже понял, тот просто так власть не отдаст. Это уже не просто один из аспектов его жизнь. Для него власть - это всё. Зекрам скорее всего забыл, каково это, жить без неё.
Тем более, не факт, что Зекрам поверит Новым Владыкам. Даже Эмерик должен был признать, что после такого надо в любом случае кончать этого безумного старика. Вдруг, кроме сонной болезни, есть что-то ещё?
Тут нет приемлемых исходов событий. Какой не выбери, получишь на стол кучу навоза, которая может перерасти в потенциальную войну.
- И что мы будем делать? - Эмерик обратил всё своё внимание на Вельзевула и задал закономерный вопрос. Это не ему решать дальнейшую судьбу Ада, тут вообще-то стоит один из четырёх правителей.
- Я не знаю, Эмерик, - Вельзевул с усталым вздохом признал этот досадный факт. - Для начала, нужно сказать об этом остальным...
Формально и на деле Аджука обладает огромной властью, но только в своей стезе. То есть прогресс, инновации и львиная часть экономики, но...
Вельзевул первым признает, что лидер из него никакой. Не то что лидер, даже политик так себе! Всем этим занимается Альдис, позволяя ему отдавать всё своё время на действительно важные для него вещи. Не то что его "подвинули", нет, ему просто не интересно подобное.
- Но даже так... - Аджука чуть ли не стонал от навалившихся проблем. - Мы не можем оставить это безнаказанным, но и привести к ответственности просто так нельзя!
Вот теперь кое-кто начал понимать, что крупно облажался, когда закрыл глаза на укрепление позиций уже и так не слабого союзника. Зекрам до этого случая никогда не давал усомниться в себе. Грехи были, и не малые, но не больше, чем у всех остальных. Всё-таки именно Старый Дьявол посадил их на трон и дал начало изменения общества под их началом.
А у Зекрама слишком много союзников.
Но теперь то нельзя просто взять и отстранить его от власти!
- В любом случае, следующие действия предельно понятны, - Эмерик взял слово, когда понял, что Вельзевул ушёл в себя. Возможно между Новыми Владыками и Зекрамом уже не такие "тёплые" отношения, как в молодости, но подобного поступка от него они не ожидали. - Нужно найти доказательства его экспериментов...
- А знаешь, - Аджука начал задумчиво копаться в телефоне. - Ты не первый молодой демон, который указывает мне на грехи Зекрама Баэла. В тот случай я не придал этому большого значения, но после сегодняшнего... - Вельзевул покачал головой, ещё раз взглянув на останки ложного тела Самаэля. - Возможно я нашёл тебе отличного помощника...
- И кто это? - С интересом спросил Эмерик.
Неужели есть кто-то, кроме него, не желавший видеть устоявшейся позиции насчёт Зекрама Баэла? Кто-то, способный пожаловаться Сатане на самого Зекрама Баэла?
- Мой родственник - Диадора Астарот, - Аджука показал Эмерику на имя в своём телефоне, который как раз набирал этого не самого однозначного демона.
- Ад, получается, круглый!...
*****
- Я давно копаю под него, - Диадора предстал перед Эмериком и четырьмя Владыками Ада, которым пришлось в срочном порядке бросать все текущие дела. Слишком была велика проблема, образовавшаяся из простой с виду догадки Эмерика. - Но никакого намёка, что именно Зекрам причастен к этой болезни... Просто поверить не могу...
- Мы должны... - Асия, всеми силами сдерживая слёзы, с мольбой обратилась к Владыкам Ада. - Мы должны это остановить!...
Эмерик подавил в себе приступы жалости, которые умоляли его подойти и обнять эту добродушную монашку. Демон просто не мог поверить, что Асия становилась его этакой слабостью.
Добросердечная, не знавшая зла, монашка, которая отдавала всю себя. Чью жизнь сломала корысть какого-то благородного демона. Но маленькая девочка не сломалась, а, наоборот, начала изменять всё окружающее. Даже сейчас, когда Асия уже давно не может молиться без боли, она не бросает своих идеалов.
Сломленная, но восстановившая сама себя по кусочкам. Практически уничтоженная внешними обстоятельствами, но не отвернувшаяся от бога и собственной совести.
Это как смотреть, как что-то прекрасное уничтожается огромной кувалдой. Громко, безжалостно, не щадя чьи-то чувства. А потом художник, обливаясь слезами и принимая успокоительное, с истинным рвением начинает восстанавливать своё творение по кусочкам. Не жалея себя и не останавливая попыток привить своему недоброжелателю чувство прекрасного.
