Ликтор подмигнул и кивком указал на бутыль, скромно притаившуюся в углу и заткнутую тряпочкой-пробочкой. Но на сей раз протодьякон отказался от угощения.
Достаточно. Обстановка требовала здравого рассудка.
- Не любитель я этого дела. Посижу пока, - ответил он. - Время позволяет.
Умаялся, конечно, но не вусмерть.
- Ты, я гляжу, мне тоже не очень-то веришь, - заметил Ликтор. - Ну и правильно делаешь. Никому нельзя верить.
Поразмыслив немного, протодьякон со вздохом распустил рюкзачную тесьму, выложил оружие.
- Дурак бы я был, - согласился Пантелеймон. - Но и таиться особо не думаю. Вот, любуйся. Я знал, куда лезу. И про экспедиторов наслышан. Поговаривают, что многие у тебя гостили…
- Злые языки страшнее пистолета, - Ликтор вновь порадовал гостя цитатой. - «Я правду о тебе порасскажу такую, что хуже всякой лжи…» Хорошенькие дела.
Просишься на постой и сразу пушкой грозишься.
- Когда пригрожу - поздно будет. Я просто уведомляю. И могу добавить, что у меня исключительно чуткий сон.
Ликтор засмеялся:
- Чуткий сон тебе не поможет, и оружие тоже. Я тебя утешу, если получится, конечно. Ночевать будешь в комнате с приличным засовом, без окон. Запрешься - и мне до тебя вовек не добраться, разве что дверь высажу, но тогда ты меня достойно встретишь, правда? Только не меня тебе нужно бояться, а тех, кого никакие засовы не остановят. А таких здесь хватает. Меня обходят стороной, но пару раз сталкивался. А ты фигура новая, соблазнительная. Наверняка пожалуют.
- Даже так? Ну, показывай спальню. Для укрепления доверительных отношений.
Ликтор тяжело встал и жестом пригласил протодьякона следовать за собой.
Прихватив пистолет, Пантелеймон прошел за ним в комнату, где и в самом деле не было окон, а дверь запиралась на огромный засов, с которым вряд ли можно было справиться без автогена. Протодьякон, тем не менее, внимательнейшим образом исследовал помещение в поисках тайных лазов, простучал половицы и стены, заглянул под топчан.
Ликтор с ухмылкой наблюдал за его действиями с порога.
- Успокоился? - спросил он, когда больше выстукивать было нечего.
- Отчасти, - спокойно ответил Пантелеймон. - Что ж - теперь можно и чайку. Из одного чайника, разумеется.
- Я даже первым отведаю, - не стал спорить Ликтор. - И вовсе не чайник у меня, а самый настоящий самовар. Времен царя Гороха. …К чаепитию приступили, когда уже совсем стемнело. Челобитных больше не удивлялся повсеместному отмиранию живых звуков. Он успел к этому привыкнуть.
Молодая луна заглядывала в окно бесстрастным червяком.
Ликтор всасывал чай из блюдца, держа его по-купечески. Протодьякон пил из железной кружки, обдумывая очередной вопрос. Хозяин опередил его:
- Хочешь, небось, спросить о моих успехах?
- Про что это ты?
- Про исследования свои, про что же еще.
- Ах, да, - Пантелеймон ударил себя по лбу, искоса глянул на собеседника. - Мы же коллеги, я и забыл под грузом сомнений. Конечно, я только этого и жду.
Поделись, коли не жалко.
- Сарказм оценил. В смысле уфологии с тарелочками боюсь тебя разочаровать - за все время, что здесь просидел, не видел ни одного НЛО. Кольца видывал - примятую траву, но чтобы НЛО - нет, не довелось.
- Что, совсем ни одного? - недоверчиво прищурился протодьякон. Зачем этот клоун врет? Сообщения об НЛО в данной местности поступали в Секретную Службу из многочисленных независимых источников. Глупо отрицать очевидное.
- Я говорю именно об НЛО, - заметил Ликтор. - Вернее, о том, что под ними принято понимать, - о космических кораблях. Явления, конечно, существуют и наблюдаются, но это никакие не НЛО.
- Тогда что же ты видел?
- Чертей, - спокойно ответил Ликтор. - Тебе ли не знать!
Впервые за последние дни Челобитных испытал настоящее беспокойство. Почему этот косматый дьявол считает, что ему положено разбираться в чертях?
Может быть, кончить исследователя прямо сейчас, отказавшись от следственных мероприятий? Не его это дело - расследовать…
- Почему же я должен это знать?
- Потому что Секретной Православной Службе привычнее иметь дело с бесами, нежели с пришельцами, - невозмутимо ответил Ликтор.
Откровения Пантелеймона Челобитных нелегко было ошарашить и лишить твердой почвы под ногами, но Ликтору удалось это сделать.
До сих пор их беседа протекала гладко, напоминая игру в мяч, где игроки примерно равны и никто не одерживает верх. Но вот Пантелеймон пропустил подачу.
Удар был силен и заставлял по-новому взглянуть на ситуацию целиком, а к этому ликвидатор не был готов. Ликтор насмешливо наблюдал за ним, чуть склонив голову.
При этом он не забывал прихлебывать чай и выглядел совершенно невозмутимым.
Когда пауза затянулась, хозяин вздохнул, полез в карман мешковатых штанов и вынул удостоверение, которое, видимо, специально и заранее положил туда, пока Пантелеймон обследовал спальню.
