- Эмоции? – Переспросила Диана, не веря своим ушам. Она уже забыла, что хотела просто привести сюда брата, усыпить его Сонным заклинанием, а в это время пообщаться с любимым. Брат переходил всякие границы. Неужели она еще должна быть благодарной, что ее заставляют выйти замуж насильно? – Эмоции? – Она сжала кулаки, со злостью смотря на брата. – Какие, к черту, эмоции? Я тебе еще тогда сказала, что я, если и выполню приказ отца, это не значит, что я буду от него в восторге. Может мне еще и благодарить? Или ты тоже будешь петь старую песенку, что отец заботиться о нашем благе и благе нашего Рода? Да только о своем благе он заботиться. Ему плевать на то, что я или ты чувствуем, чего хотим. Неужели тебя устраивает такой порядок вещей?
- Нет, не устраивает. – Прошипел Люциус, опасно сужая глаза. – Но я, в отличие от тебя, понимаю, что все зависит только от мнения отца. Я не хочу, чтобы он вместе с Круцио вбивал в меня это. Диана, у нас нет выбора. Все есть. Имя, положение, деньги, власть. Все, кроме выбора. И от того, что ты будешь постоянно по этому поводу сокрушаться, легче не станет. Хуже, да, но не легче. Диана, я не могу вечно тебя прикрывать перед отцом. Ты моя сестра. Я люблю тебя. Я забочусь о тебе. И я не хочу снова видеть, как отец тебя «воспитывает». Я все, что могу, делаю для того, чтобы тебе было проще. В школе я приставил к тебе Северуса, который только делал вид, что был рядом с тобой. Приехав домой, я, чуть ли не в ногах у отца валялся, чтобы он не запирал тебя, как планировал, в твоей комнате. Я не хотел, чтобы ты 2 недели пробыла в заточении, света белого не видя. Поэтому сейчас мы гуляем, а отец отменил твое наказание.
- Может мне бухнуться тебе в ноги, Люциус? – Каждое слово Дианы было пропитано ядом. – Может мне и отца поблагодарить за то, что он сломал и продолжает ломать мою жизнь? А, Люц, я же сплошное недоразумение, так? Смею желать самой выбирать свое будущее. Как я все это ненавижу. – Она подалась вперед и, уперла ладони в стол, желая испепелить брата взглядом. Но тот смотрел на нее спокойно, позволяя выговориться. - Как я ненавижу отца. Я думала, хоть ты меня поймешь. Но, видимо, до меня есть дело только Северусу. Больше никого не волнует, чего хочу я. Вы с отцом только и твердите: честь, достоинство, правила, а что скажут люди. Вечно тыкаете, что делать можно, а что нельзя. У меня с самого рождения не спросили ни разу, чего хочу я. Игрушки в детстве выбирали за меня, какие наряды носить, как говорить, как сидеть. С кем дружить, с кем враждовать. А теперь решается, с кем я проведу остаток жизни. И меня опять не спрашивают. Так что не смей упрекать меня в том, что я не довольна этим фактом.
- Высказалась? – Непринужденно отозвался Люциус. Диана только прищурила глаза и выпрямилась, сложив руки на груди. – Молодец. Надеюсь, тебе стало лучше. А теперь послушай, что я скажу. От того, что ты сейчас с пеной у рта будешь высказывать свое недовольство, все равно ничего не измениться. И этой свадьбы тебе не избежать, хоть ты тут кричи на весь мир. И это мне ты можешь все это высказать, а скажи ты все это отцу, то уже валялась бы под Круцио, и не одну-две минуты, как неделю назад, а гораздо дольше. Настолько дольше, что захотелось бы сдохнуть, только бы прекратилась эта боль. Мне тоже не нравится Розье. Да что там – я его терпеть не могу. Именно поэтому я не останавливал тебя, когда вы с Северусом «развлекались». Больше него я, пожалуй, ненавижу только этих гриффиндорцев. Поттера и Блэка. Хоть и чистокровные, но абсолютно не нашего круга. Скажи спасибо, что тебя отдали не кому-нибудь из них. С ними у тебя вообще вражда, и не только из-за принадлежности к факультетам.
- Спасибо. – Скривилась Диана, а Сириус, прекрасно слыша перепалку брата и сестры, чуть не засмеялся. Точнее не залаяв.
- Пожалуйста. – В тон ей ответил брат. – Так что прекращай это, Диана, не испытывай терпение отца. Оно не безгранич…
Договорить он не успел. Его голова упала на грудь, а тело расслабилось. Он уснул. Диана облегченно выдохнула, убирая палочку, которую каким-то образом успела незаметно выхватить и направить под столом на брата, обратно в карман мантии.
- Достал. – Коротко бросила она и быстро вышла из беседки.
Оглянувшись по сторонам, чтобы не быть застуканной, она поспешила к возлюбленному. Увидев девушку, идущую к нему, Грим превратился в Сириуса Блэка. Взяв подошедшую Диану за руку, он отвел ее подальше от беседки. Первым делом юноша наложил на них Отвлекающие заклинания и чары тишины. Только после этого, он заключил любимую в долгий и страстный поцелуй, крепко сжимая в своих объятиях. Диана обхватила его за шею, пылко отвечая ему. Так они простояли несколько минут, не в силах оторваться друг от друга. Только когда они начали задыхаться, был разорван сладостный поцелуй.
- Мерлин Великий, Сириус, ты сумасшедший. – Прошептала девушка, лохматя на затылке волосы любимого. – А вдруг кто увидел?
