Кротко взглянул Иоанн и печально в ответ ему молвил:«Или не ведаешь ты, каким я связан уставом?Строгое старец на песни мои наложил запрещенье!»Тот же стал паки его умолять, говоря: «Не узнаетСтарец о том никогда; он отсель отлучился на три дня,Брата ж мы завтра хороним; молю тебя всею душою,Дай утешение мне в беспредельно горькой печали!»Паки ж отказ получив: «Иоанне! – сказал черноризец, —Если бы был ты телесным врачом, а я б от недугаТак умирал, как теперь умираю от горя и скорби,Ты ли бы в помощи мне отказал? И не дашь ли ответаГосподу Богу о мне, если ныне умру безутешен?»Так говоря, колебал в Дамаскине он мягкое сердце.Собственной полон печали, певец дал жалости место;Черною тучей тогда на него низошло вдохновенье,Образы мрачной явились толпой, и в воздухе звукиСтали надгробное мерно гласить над усопшим рыданье.Слушал певец, наклонивши главу, то незримое пенье,Долго слушал, и встал, и, с молитвой вошедши в пещеру,Там послушной рукой начертал, что ему прозвучало.Так был нарушен устав, так прервано было молчанье.Над вольной мыслью Богу неугодныНасилие и гнет:Она, в душе рожденная свободно,В оковах не умрет!Ужели вправду мнил ты, близорукий,Сковать свои мечты?Ужель попрать в себе живые звукиНасильно думал ты?С Ливанских гор, где в высоте лазурнойБелеет дальний снег,В простор степей стремяся, ветер бурныйУдержит ли свой бег?И потекут ли вспять струи потока,Что между скал гремят?И солнце там, поднявшись от востока,Вернется ли назад?8Колоколов унылый звонС утра долину оглашает.Покойник в церковь принесен;Обряд печальный похоронСобор отшельников свершает.Свечами светится алтарь,Стоит певец с поникшим взором,Поет напутственный тропарь,Ему монахи вторят хором:ТРОПАРЬ«Какая сладость в жизни сейЗемной печали непричастна?Чье ожиданье не напрасно?И где счастливый меж людей?Все то превратно, все ничтожно,Что мы с трудом приобрели, —Какая слава на землиСтоит тверда и непреложна?Все пепел, призрак, тень и дым,Исчезнет все, как вихорь пыльный,И перед смертью мы стоитИ безоружны и бессильны.Рука могучего слаба,Ничтожны царские веленья —Прими усопшего раба,Господь, в блаженные селенья!Как ярый витязь смерть нашла,Меня как хищник низложила,Свой зев разинула могилаИ все житейское взяла.
